– И насколько он важен? – уточнил орел. – Это может быть как беглец, так и посланник.
– Вы убили Лау Де? – спросила Цзин Вэй, вглядываясь сквозь голубое свечение, которое удерживало демона в тени. И продолжила, с посуровевшим личиком: – Давайте я вам расскажу про Лау Де. Она растила меня после того, как умерли мои родители. Растила как свою дочь. Рассказывала мне про павлинов, львов и слонов. Рассказывала истории про великих драконов, самых могучих зверей неба. Учила меня смотреть на звезды и дивиться красоте того, что нас всех окружает. А потом вы, демоны, ее убили, – закончила Цзин Вэй, удивленная собственными слезами. – Вы убили ее градом и бросили тонуть в канаве. Это все, что вы, демоны, умеете? Убивать? – спросила Цзин Вэй. – Мы вам совсем безразличны?
– Дитя… – проговорила львица медленно.
Цзин Вэй шикнула на нее, отмахнувшись и покачав головой.
– Демоны отняли у меня смех, отняли радость, а взамен дали лишь горькие слезы.
Демон в своем голубом плену обрел темно-зеленый цвет. Было ли это знаком раскаяния или торжества?
– Вы хотите нас всех убить? – крикнула ему Цзин Вэй. – И прекрасно, – сказала она, протягивая руку сквозь голубой барьер. – Начинайте с меня. Я теперь никто. Вы у меня все отняли.
– Погоди!
– Нет!
– Лейтенант, она проникла через барьер!
Слова вырывались вслед за Цзин Вэй, но она их не слышала, потому что вступила в сгусток голубой энергии, который удерживал в себе демона.
– Убейте меня, – сказала Цзин Вэй, глядя на зеленый шар – это и был демон. – Потому что я дала клятву убить вас. Вы убили Лау Де, вы уничтожили мою деревню. Вы должны умереть!
«Жизнь, – вспыхнуло у нее в голове. – Убийство прекращает жизнь?»
– Да, – ответила Цзин Вэй. Она не могла не подивиться тому, что слышала демона у себя в голове. Она шагнула к нему, жалея, что у нее не было при себе ни ножа, ни чего-либо, что убивало демонов. Лау Де рассказывала ей, что это возможно, но в их деревне ни у кого не было специальных орудий.
«Жизнь – хорошо, – подумал демон внутри нее. – Нет жизни – плохо. Мы хотим жизнь».
– Вы убили Лау Де, – сказала Цзин Вэй. – Вы забираете наши жизни для себя?
«Некоторые да, – подумал демон. – Боятся. Не знают. Не хотят пробовать. Менять».
– Цзин Вэй? – Голос львицы, приглушенный, проник к ней сквозь энергетический барьер. Она была взволнована. – Ты в порядке?
– Демон говорит у меня в голове, – сказала Цзин Вэй.
– Правда? – протрубил слон изумленно. – И ты его понимаешь?
– Конечно! – крикнула в ответ Цзин Вэй.
«Конец жизни – плохо. Жизнь навсегда. Конец…»
Цзин Вэй догадалась, что демон пытается найти слово, но ему не удается. Поэтому он закончил просто: «не-жизнь».
– Кого убивают, те уходят навсегда, – сказала Цзин Вэй.
«Уходят навсегда, когда убиваем?» – проговорил демон у нее в голове. Она поняла, что демон подумал не только о людях, которые уходили навсегда, когда их убивали демоны, но и о себе – когда его убьет Цзин Вэй.
– Уходят навсегда, – подтвердила Цзин Вэй.
«Навсегда – сейчас», – сказал демон.
– Глупый демон! – выругалась Цзин Вэй, устремляясь к нему. Она ударила демона и отлетела назад, ужаленная чем-то, что оставило у нее на коже странное ощущение.
– Что он сказал? – закричала львица так громко, что Цзин Вэй отчетливо ее услышала.
– Он сказал: «навсегда – это сейчас».
– Бессмыслица какая-то, – пробормотал орел. – Это что значит?
– Дзен какой-то, – заметил слон. – Как и все, что сейчас тут творится.
– А еще что-нибудь он сказал? – спросила львица.
– А почему ты оттуда так вылетела? – добавил слон.
– Ты цела? – спросил орел.
– Он много всякого говорил про жизнь и про смерть, – сказала Цзин Вэй. – А вылетела я потому, что он меня укусил. И я собираюсь его убить.
– Укусил? – изумилась львица.
– Мы зафиксировали всплеск статического электричества, – сообщил орел. – Возможно, он просто ударил ее током.
– Почему вы меня не убили? – спросила Цзин Вэй, сгибая руку в том месте, где укус ощущался сильнее всего.
«Не убить. Убить – навсегда. Жить – навсегда».
– Жить – не навсегда, – сказала Цзин Вэй. – Народ умирает.
«Не наш народ».
– Мы убиваем вас, я знаю, что мы это можем, – сказала Цзин Вэй, думая, что, может быть, у нее самой не было на это никаких шансов.
«Да, – согласился демон. – Многие мертвы».
– Вы убили наш народ, – сказала Цзин Вэй.
«Ваш народ? Народ наш». – Демон словно запутался.
– Наш народ, – сказала Цзин Вэй.
– О! Семантическое противоречие! – воскликнула львица. – Цзин Вэй, похоже, демоны думают, что народ – это только они!
– Ну они и глупые! – ответила Цзин Вэй раздраженно. – Расскажите мне, как его убить.
– Мы не хотим, чтобы ты его убивала, – сказал ей орел.
– Это потому что вы тоже демоны, – вспылила Цзин Вэй, дав проявиться своему отчаянию. Она попала в ловушку к демону, которого не могла убить, и привели ее туда другие демоны, которые хотели ее съесть. Она была обречена, как и ее деревня – Янь Диньбань, его братья, сестра и родители; Чжоу Мэй Син, ее единственная подруга и ее дурацкие родители; Чжан Чэнь и все остальные – обречены.
