Книга дверей [litres] полностью

За несколько минут до смерти Джон Уэббер читал «Графа Монте-Кристо» в книжной лавке «Келлнер Букс» в нью-йоркском Верхнем Ист-Сайде. Он сидел за своим привычным столиком в центре зала, пальто аккуратно висело на спинке стула. В какой-то момент он заложил мягкой кожаной закладкой лежавшую перед ним книгу и, закрыв ее, oтхлебнул кофе.

– Как поживаете, мистер Уэббер? – спросила Кэсси, подходя к нему со стопкой книг под мышкой.

Было поздно, и других посетителей, кроме мистера Уэббера, в магазине уже не осталось.

– Старый, усталый, разваливаюсь на куски, – как обычно ответил он Кэсси. – А в остальном прекрасно.

Мистер Уэббер частенько захаживал в книжную лавку и был одним из немногих, с кем Кэсси всегда охотно общалась. Спокойный, интеллигентный, одетый неизменно опрятно и, похоже, дорого. Его возраст угадывался по морщинистым рукам и шее, но отнюдь не по гладкому лицу и густой копне седых волос. Кэсси знала, что мистер Уэббер одинок, но свое одиночество он носил с легкостью, не обременяя им окружающих.

– Читаю «Графа Монте-Кристо», – заговорщицки проговорил он, кивая на книгу.

Из нее на Кэсси змеиным языком торчала закладка.

– Читал его раньше, но с возрастом меня тянет перечитывать любимые книги. Как со старыми друзьями встречаешься. – Он виновато усмехнулся, признавая за собой нелепую сентиментальность. – А вы читали?

– Читала, – ответила Кэсси, прижимая к себе стопку книг. – Лет в десять, наверное.

Она вспомнила, как однажды осенью в долгие дождливые выходные «Граф Монте-Кристо» захватил ее, подобно многим другим книгам до и после.

– Не помню себя в десять, – улыбнулся мистер Уэббер. – Кажется, я сразу родился взрослым дядькой в костюме. Как вам тогда понравилась книга?

– Это, конечно, классика, – ответила Кэсси. – Только вот середина, вся часть про Рим, слишком затянута. Хотелось поскорее добраться до того, как он будет мстить.

Мистер Уэббер кивнул.

– Он определенно заставляет вас ждать развязки.

– Угу, – согласилась Кэсси.

Повисла пауза; тишину заполнял негромкий джаз из настенных динамиков.

– Вы бывали в Риме? – спросил мистер Уэббер, потирая ладони, как будто от холода.

Кэсси знала, что до выхода на пенсию он был пианистом и композитором, а его длинные изящные пальцы даже сейчас могли бы с легкостью станцевать на клавишах.

– Да, в Риме я была, – ответила Кэсси, – но уже мало что помню.

Во время путешествия по Европе она провела в Риме неделю и хорошо помнила ту давнюю поездку, однако ей хотелось послушать мистера Уэббера. У него было много историй из интересно прожитой жизни; куда больше историй, чем собеседников.

– Я любил Рим, – сказал он, откинувшись на спинку стула. – Из всех мест – а где я только ни бывал – Рим всегда оставался одним из самых дорогих моему сердцу. Можно просто ходить по нему и воображать, что тут было пятьсот лет назад.

– Угу, – пробормотала Кэсси, наблюдая, как мистера Уэббера утягивают воспоминания. Казалось, он счастлив.

– Жил я в маленькой гостинице у фонтана Треви, – начал он, вдруг подхваченный одним из этих воспоминаний. – Каждое утро мне в постель приносили кофе, хотел я того или нет. Ровно в семь. Быстрый стук в дверь, в комнату врывается старуха-экономка, грохает на тумбочку кофе и уходит. В первое утро стою я посреди комнаты голый, только собираясь одеться, а она бесцеремонно заявляется, оглядывает меня с головы до ног и, нисколько не впечатлившись, удаляется. – Он рассмеялся. – Она видела меня… во всей полноте.

– О боже! – Кэсси рассмеялась вместе с ним.

Глядя, как она смеется, мистер Уэббер сделал умозаключение.

– Я вам это уже рассказывал, да?

– Нет, – солгала она, – вроде не было такого.

– Вы слишком добры ко мне, Кэсси. Я превратился в одного из тех стариканов, что вечно докучают молодежи своими историями.

– Хорошая история на второй раз хуже не становится, – возразила она.

Он покачал головой, как будто досадуя сам на себя.

– Мистер Уэббер, а вы все еще путешествуете? – спросила Кэсси, меняя тему, чтобы отвлечь его.

– Нет, сейчас я никуда не езжу. Годы и силы не те. Вряд ли я переживу долгий перелет.