– Мне сообщили точку в горах, где приземлится катер. На этой посудине, – Ланс стукнул кулаком по прозрачной стенке кабины, – за пределы атмосферы не выбраться.
– А разве катер не мог приземлиться в городе?
– Мог.
Я посмотрел на Терри, склонившуюся к моему плечу. Потом вздохнул и сказал Лансу:
– Паршивая у тебя контора, старик. Подленькая. Не догадываешься, куда мы летим?
– Куда?
– На место посадки Белого Рейдера. Туда, где находилась кварковая бомба. Где мы спасали Землю.
Ланс обернулся, потом глянул на приборы, на экран, где светилась зеленая ниточка курса. И выругался.
– Ого. Делаешь успехи. Но не при Терри, Ланс.
– Сошлю… в дальний гарнизон… – не открывая глаз, пообещала Терри. И дернулась: – Так мы летим туда?
– Психологическое давление. Это в духе Сеятелей.
Ланс виновато спросил:
– Принц, мне связаться… с ними? Потребовать другой точки для взлета?
– Нет. Нас не должны вывести из равновесия.
– Хорошо. Я не сообразил, в чем дело, принц. Клянусь. Просто не хочу возвращаться туда, где погиб наш Данька.
– Он же выжил? – Глаза Терри удивленно распахнулись.
– Наш юнга погиб, Терри, – сказал я. – Его собрали заново… но он почти ничего не помнил о своих приключениях.
– Да, ты рассказывал.
Я промолчал. Для Терри Данька был просто случайным эпизодом в одиссее звездолета «Терра». Для нас с Лансом мальчишка был членом экипажа, другом, дравшимся рядом с нами, – и убитым на наших глазах. Увы, воскрешение удавалось лишь Христу, да и то с папиной помощью. Я почти с удовольствием повторил про себя кощунственную фразу. Не верю в богов. Дрянными богами оказались Сеятели… а других придумывать не стоит.
– Вон катер, – тихо сказал Ланс. – Попросим его взлететь сразу же.
Внизу, на свежей горной траве, белел корпус маленького орбитального катера. Рядом стоял пилот и… я с трудом поверил своим глазам – курил! Ни черта себе! Табак еще в ходу.
Передо мной вдруг прокрутилась вся последовательность будущих событий. Я выклянчиваю у пилота сигарету… сигару… папиросу… Мы стоим у катера, травимся никотином, ведя вежливый разговор, глядя с гор на далекие сады Алма-Аты. И пилот мимоходом вставляет в разговор полубессмысленные фразы-ловушки, перенастраивающие мою психику на нужный Сеятелям лад. А в сигарете, кроме табака, еще какая-нибудь дрянь…
Не дождетесь. Я ехидно ухмыльнулся. Слава Богу, вот уже пять лет как не курю.
– Знаешь, Ланс, – почти весело сказал я, – наверняка старт отложится минут на пятнадцать. Нам придется походить вокруг катера, посидеть на травке…
– Вряд ли, – с сомнением сказал Ланс.
Конечно же, прав оказался я.
Станция проекта «Сеятели» располагалась на стационарной орбите. Для современного катера с гравикомпенсаторами и аннигиляционными двигателями путь в двадцать пять тысяч восемьсот километров занимает от силы пятнадцать минут.
Нас везли к станции почти час. Вначале катер начал медленный, чудовищно энергоемкий разгон над поверхностью Земли. Мы прошли над Египтом – треугольные тени пирамид лежали на желтом песке, как и тысячи лет назад. Потом пилот сообщил, что мы проходим над экватором, а я осведомился, не запланирована ли экскурсия над Антарктидой.
Через полминуты – видимо, пилот переговорил с начальством – показуха кончилась, и катер пошел к станции. Но и это оказалось не слишком быстрым делом.
Станцию «Сеятели» окружало не меньше трех поясов безопасности. Название вполне условное: по сути, каждый «пояс» был сферой из множества автономных и взаимодействующих между собой боевых станций. Некоторые, как любезно сообщил пилот, не превышали размерами теннисного мяча. Другие достигали сотни метров. И вся эта армада запрашивала у нашего катера коды, пароли, разрешения на вход в очередную зону безопасности, досматривала содержимое катера.
Больше всего меня потряс тускло-серый шарик, похожий на первый земной спутник с ободранными антеннами. Он вплыл в наш катер через обшивку, при этом слегка затуманившись и потеряв контрастность, затем снова стал четким, материальным. Шарик медленно проплыл по пассажирскому отсеку катера, заглянул в грузовой – дверь перед ним раскрылась судорожным рывком – и скрылся в кабине пилота. Как сказал мне Ланс, досмотровый зонд использовал для проникновения сквозь броню «темпоральное прерывание». Он прошел сквозь обшивку катера, нырнув в иную секунду, когда катера в этой точке пространства еще не было.
Кажется, я даже задремал, утомленный демонстрацией могущества проекта «Сеятели». Наверное, это даже не спектакль, рассчитанный на нас с Терри, а стандартные меры безопасности. Но было в них что-то натужно-демонстративное, похожее на военные парады в тоталитарных странах двадцатого века. А я и без того не сомневался в надежности обороны станции. Уж если стереотипные Храмы на планетах хроноколоний были неуязвимы для любого оружия, то чего же ожидать от главной базы храмников…
