После примерок и ужина в течение нескольких часов шли тренировки Дара. Он учился сосредотачиваться на поверхности хрустального стола, вызывать изображение, сначала с помощью Фригдис, а затем и без нее. Его образы были сначала тусклыми и беззвучными, но вскоре он понял, что тот-кто-видит «знает», что было в прошлом, в настоящем и в будущем. Через несколько недель Иджил мог вызывать образы, когда хотел. В этих опытах Иджил видел Карна, занимающего небольшие поместья Юра, Линн, Скабиш и Брассик. Бури ухла мешали успешной осаде Рица. Иджил видел Карна в Рице, ведущего отряды к транспортам, возвращающимся в Онтар. Карн хорошо усвоил урок Фермы-3, где генералы оставили людей на снегу и холоде, и многие замерзли навсегда.
Иджил стойко переносил примерки у портного в мертвой тишине более недели, пока стояние столбом, потение и вынужденное молчание не разбили вдребезги его терпение. К тому моменту, когда терпение его лопнуло, он уже часами стоял под тяжестью медвежьей шкуры и меха улека, скроенных с учетом всего, что будет надето под этой одеждой. Тепло мехов и тепло комнаты изнуряли его.
— Зачем столько теплой одежды? Вы думаете, я буду гоняться за этой крысой всю зиму? — спрашивал он. — Я здесь уже целую зиму. И весну, почти убившую меня. — Он, сложив руки, благодарил господа, дающего ему силы.
Портной накалывал детали на одежду Иджила, прихватывая кожу и бормоча что-то сквозь длинные булавки во рту.
Иджил вздохнул с отвращением и уставился на стену перед собой. Она была ровнее всех других, возможно, портной вешал на нее незаконченные вещи. В углу стояло зеркало в полный рост человека. Иджил видел себя спереди и остальную комнату со столами, заваленными тканями, мехом и огромными катушками ниток. Поскольку делать было нечего, Иджил сосредоточился на сверкающей поверхности зеркала, пытаясь сконцентрировать внимание на стекле, как на столе у Годи.
Иджил будто поплыл. Он увидел зелень Болдера, фамильный дом и безоблачное синее небо над ним. Медленно он впитывал тепло и уют этого далекого мира. Он ощутил солнце, услышал глубокий голос отца, легкий звонкий голос матери, заливистый смех братьев и сестры. Эти голоса были его собственными воспоминаниями. Он вспомнил медленное обучение Сольвейг отделять память от Видения. Он опять взглянул в зеркало, закрывая путь воспоминаниям. Возможно, ему поможет мысль о цели, ради которой он стоит здесь.
Иджил нашел Магнуса и Фригдис в той комнате, где он в первый раз проснулся. Теперь он принял ее за больницу. Они читали, сидя на скамейке возле бассейна с темной водой. Иджил не мог удержаться, чтобы не сообщить хорошую новость, и выкрикнул, не доходя до них, через всю комнату:
— Вижу! Я вижу!
Магнус опустил книгу. Фригдис подняла взгляд от своего вязания и воскликнула:
— Ах!
— Покажи нам, — сказал Магнус, вставая с места.
Все трое пошли в комнату проведения Сеансов, где Иджил объяснил, что он видел в зеркале, потом нажал пальцами углубления в панели. Он передумал и вместо этого сложил руки за спиной.
«Мне не надо дотрагиваться до зеркала», — объяснил он.
Он сосредоточил взгляд на золотой проволоке и подумал о Карне. Тот появился почти тотчас же, сидящим в зале или библиотеке вместе со своим секретарем Таном Орконаном, худым стариком с заостренным лицом, и с Кит. Иджил узнал в старике бывшего секретаря Карна, покинувшего Онтар как раз перед прибытием Иджила.
Все они, казалось, обсуждали что-то очень серьезное. Даже обычно очень живая Кит спокойно сидела, грациозно сложив руки на коленях. Потом Иджил заметил высокую, худощавую фигуру в тени позади Кит.
— Доблестная леди Агнес, — пробормотал он. — Страж приличий и девичьей добродетели. — Наверное, дело серьезное, раз она смогла заставить Кит сидеть как даму.
Он попытался вспомнить, кем леди Агнес приходилась Карну, но оставил эту мысль. Его мысли почти полностью сосредоточились на мести Ричарду на протяжении всего его пребывания в Онтаре. Образы заколыхались и постепенно исчезли, потому что Иджил перестал мысленно сосредотачиваться.
Магнус звучно похлопал его по плечу:
— Хорошо! Замечательно! Даже без рук.
Фригдис дотронулась до его сжатых рук и спросила:
— Это то, что ты увидел в зеркале? То совещание насчет невесты, жениха и приведения наследника в Дом Халареков?
«Так вот оно что! Значит, Кит должна выйти замуж. Ну что ж, ей шестнадцать лет, и она уже достаточно взрослая». — Иджил покачал головой.
— Нет, я видел Ричарда в Бревене.
Глаза Фригдис засияли:
— О, замечательно! Прекрасно. Теперь ты не будешь связан кровными узами. — На ее лице сверкнула улыбка. — Некоторые связи остались, ты знаешь, но мы могли бы что-нибудь тут придумать, хотя это было намного труднее. Верни свое Видение.
Иджил вспомнил крошечную комнатку с узкой кроватью и постарался извлечь из памяти этот образ, но вместо этого перед ним возник садик. Начинались сумерки. Какая-то тень двигалась вдоль стены, потом этот образ стерся.
— Что-то не то, да? — вопрос Магнуса прозвучал скорее как утверждение.
— Да, и не могу понять, почему. Мысленно я представляю эту комнату, как будто я был там.
