Сразу же после разговора с Магнусом и Фригдис Иджил тщательно осмотрел все снаряжение, по крайней мере то, что было сложено в его комнате и ждало момента, когда сможет быть пущено в дело. Он сравнивал каждую вещь с описанием, полученным от Бегунов, и с тем, что ему с таким трудом удалось узнать самостоятельно. Все соответствовало его представлениям.
Инструкции, которые он получил на другой день от Годи, были краткими и не сопровождались никакими особыми церемониями в духе Гхарров. Было лишь сказано: у Иджила есть столько времени, сколько необходимо, чтобы приручить кошку Дюр, до того момента, пока герцог не успел ускользнуть из Бревена. Если же к этому времени ему не удастся приручить кошку, Иджилу больше не будет позволено выходить на поверхность, ибо Наблюдатели считают, что успешное приручение кошки Дюр может служить единственным подтверждением того, что Иджил научился владеть собой настолько, чтобы удержаться от убийства Харлана.
Когда Годи закончил с инструкциями, Иджил не сдержал гнева, который нарастал в нем с той минуты, когда Магнус рассказал о предстоящем испытании, гнева на то, что его подвергают лишней опасности.
— Ведь такого условия не стояло, когда я давал свое согласие!
— Верно. Можешь думать все, что угодно, но поверь, опыт с кошкой Дюр даст тебе дополнительный шанс выстоять против Харлана.
— Почему я не могу пойти Наверх без этого?
— Мы должны быть уверены, что ты готов. Это вовсе не означает нарушения соглашения, просто одно из условий, которое надо выполнить. Такое же, как и проверить, чему научили Бегуны. Ведь ты не возражал против него. — Годи посмотрел на свою сестру. — Фригдис говорит, что тебе больше не нужна панель для того, чтобы Видеть. Значит, при необходимости ты сможешь выходить с нами на связь во время наших обычных Сеансов. Тебе надо будет просто Увидеть нас и затем сказать то, что ты хочешь. Завтра мы «забросим» тебя на Место Жертвоприношения, поближе к Южной стороне Пика Дюр. Все должно быть сделано быстро, поскольку, как я уже сказал, время не ждет, к тому же это намного безопаснее, чем вести тебя через подземные ходы.
Иджил знал, что Годи вежливо дает понять, что для Наблюдателей было бы безопаснее, если бы он не знал о подземных ходах, поклянись он даже под присягой, что никому о них не расскажет.
На другой день Иджил стоял в маленьком светлом помещении на Верхнем уровне поселения Наблюдателей, ожидая «заброски». На противоположной от него стене висела картина с изображением Места Жертвоприношения, очень похожим на то, куда его принесли Бегуны, но на этой картине на заднем плане возвышались застывшие серые склоны Пика Дюр, места обитания кошек Дюр. В изготовленном на заказ ранце у Иджила лежал набор ловушек, которыми привыкли пользоваться Бегуны, на поясе он носил станнер производства мастерской Риджеллиана, возможно, сделанный самим Анилой. Наблюдатели велели ему мысленно представить себе Место Жертвоприношения, почувствовать дыхание ранней весны, вдохнуть холодного влажного ветра, дующего с Пика Дюр, потом они оставили его одного. Бегуны сказали ему, что кошка-мать занимала пещеру на западном склоне горы, прямо по границе небольшой рощицы. Было известно, что раз в четыре года она бывала в пустыне.
Иджил еще раз взглянул на картину. Гора представляла собой серую глыбу с острыми краями и крутыми склонами. Вершина ее была покрыта снегами, а на склонах сверкал лед. Время Оттепели еще не настало, но оно уже приближалось. Деревья, что росли на горе, были низкорослыми и искривившимися от ветра и снега. Куда-то в те места и предстояло ему взобраться и найти там дикую, норовистую кошку. А потом еще предстояло поймать и приручить ее или же потерять все шансы вновь обрести свободу и честь.
Иджил оглядел свое снаряжение. Поможет ли оно ему? Хватит ли ему имеющихся знаний? На мгновение он сжал руки. Ричард Харлан. Это он чуть не отнял их у него. Заклятый враг Карна. Он должен найти его во что бы то ни стало. Иджил сосредоточился на картине, мысленно ясно представил ее себе, но что-то дрогнуло у него внутри.
Так легко потерпеть неудачу! Может, это страшное задание означает, что бог отверг его? Или это начало новой удачи, которая не улыбалась ему с тех пор, как он вновь почувствовал свои руки?
В следующее мгновение его чуть не сдуло сильной струей холодного воздуха. Он стоял на черепицах Места Жертвоприношения, а его щит лежал внизу. Южный склон Пика Дюр вздымался прямо перед ним — застывший, серый и холодный. Вблизи он казался еще более неприступным, чем его изображение на картине.
Иджил, поудобнее поправив ранец, проверил станнер, потом вложил его обратно в кобуру и двинулся через черепицу. Бегуны сказали — на границе рощицы. Пространство было огромным, но сведения, полученные от Бегунов, все же давали некоторое представление о местности тому, кто оказывался здесь впервые. Если бы он мог обследовать всю гору, особенно сейчас, когда у кошки-матери появились маленькие котята, да еще и сделать это незаметно…
