- Смотри! Смотри на свою армию! - презрительно отозвался Тагор. - Смотри, если сможешь обернуться!
Лонцо услышал, как с галереи жрецов полились слова молитвы.
- …и Грозами Великими дарована корона императору, и не в силах смертных отобрать её, - читали густые низкие голоса.
Герцог обернулся. Всадники, насколько хватало глаз, безмолвствовали и не шевелились. В глазах их читалось отчаяние. Судя по легкой боли в висках, один из этой сотни жрецов смотрел и на Лонцо, но ему было плевать.
- Твои жрецы знают красивые слова, чтобы выдать свою силу за силу Гроз, но что они скажут, когда увидят это? - Лонцо выхватил из седельной сумки книгу Истины и поднял над головой, с удовольствием следя за дрогнувшим, наконец, спокойствием Тагора и за непониманием на лицах жрецов. Ведь он, малыш Лонцо, уже должен был ползти к Тагору на коленях.
- Смотрите, маги, именующие себя Детьми Гроз! Это легендарная книга Истины! Я нашёл её, Тагор! Я нашёл её, жрецы! Смотрите!
Как он и ожидал, внимание всех без исключения шестых переключилось на сверкавшую в лучах неяркого зимнего солнца книгу. Неверие и желание верить читались на их лицах. А за спиной Лонцо пришла в движение армия. И тут же выстрелили стоявшие во втором ряду разозленные демоны. Чёрный рой стрел перечеркнул небо и веером накрыл галерею. Ни одна стрела не пролетела мимо. Каждому из сотни шестых досталось хотя бы по одной.
- Где теперь твоя сила, Тагор?! - выкрикнул Лонцо, когда на галерее не осталось ни одного стоявшего на ногах жреца.
Однако император прекрасно справился с эмоциями, сохранив величественно-спокойное выражение лица, словно произошедшее на галереях его не касалось.
- Удивить меня не удастся, малыш Лонцо! Я полтора года ждал, пока ты найдешь для меня эту книгу! Ты лишь оправдал мои ожидания и не более того. И сейчас ты отдашь мне книгу и велишь своему потешному полку разойтись по домам!
- Ты потерял право приказывать мне, Тагор!
- Пока ещё нет, Лонцо! Ты пришёл мстить за брата? Похоже, ты очень любил его.
- Не смей вспоминать даже его имя! Ты не достоин того, чтобы произносить его! - вышел из себя Лонцо, машинально обнажив меч.
Мгновенно за его спиной сотни стрел легли на тетиву и засвистели тысячи клинков.
- Не спеши, малыш! - поднял руку Тагор, когда шум утих. - Я ещё не показал тебе своего права приказывать! Вот оно, моё право! - император посторонился, и пятеро рослых наемников вывели на балкон связанного человека, худого и изможденного.
Наёмники вытолкнули его вперёд, заставив посмотреть в толпу, и Лонцо выронил меч, подавившись выдохом. На площади восстановилась гробовая тишина.
- Локо… - прошептал Лонцо, не в силах справиться с сокрушительной смесью боли и счастья. - Локо! Живой!
Кавалерия недоверчиво загомонила и стихла по повелительному жесту Тагора.
- Больно терять, верно, Лонцо? А терять во второй раз стократ больней!
Теряя контроль, Лонцо вырвал из рук капитана Тарко лук и наложил стрелу.
- Не делай глупостей, малыш. Эти пятеро - дассы. Им твой героизм безразличен. Локо умрёт в один миг со мной! Впрочем, он умрёт и так, если ты не уведёшь свой потешный полк прямо сейчас.
- Уничтожь его, Лонцо! Я ведь всё равно уже умер! - крикнул Локо и плюнул в лицо Тагору.
Армия восторженно взревела, а вышедший, наконец, из себя Тагор изо всех сил ударил герцога Горского по лицу. Удар вспышкой света отразился в сознании Дорского. Он почувствовал, что внутри него разгорается холодное серебряное пламя, как тогда, на тракте у дархурского замка.
«Ты хочешь, чтобы я умолял тебя?» - Лонцо смотрел в лицо Тагора, переставая слышать рычащую за спиной толпу.
Вспышка серебристого света перечеркнула мысли и хлынула наружу. Беззвучно рухнули на пол пятеро стражей, отпустив так и не упавшего от удара Локо, опустились на колени трое телохранителей за спиной Тагора. Сам император испуганно отшатнулся назад и замер, пригвождённый взглядом Дорского.
- Ты всё-таки стал магом, - прошептал он, падая на колени.
- Этого ты не учёл, - холодно отозвался Лонцо, услышавшего этот шёпот, несмотря на расстояние.
Лицо Тагора исказилось. Он зарычал, потом вскрикнул, схватившись за сердце, и рухнул на пол. Дорский обессилено опустил плечи. Потом встрепенулся, соскользнул с коня и помчался к дворцу. Стража почтительно расступилась. Опрометью взбежав по изученным за годы лестницам, Лонцо вылетел на балкон. Выхватив кинжал, он торопливо перерезал путы, стягивающие руки и плечи Горского, и братья горячо обнялись. Вышедшая из оцепенения кавалерия восторженно взревела.
- Мне сказали, что ты умер, - проговорил Локо, отстраняя брата и заглядывая ему в глаза.
- Я тоже успел оплакать тебя, - Лонцо, сделав над собой усилие, улыбнулся. - Как только я мог им поверить!
- Главное, что ты вернулся. И теперь это твоя империя, - Горский посмотрел на младшего брата с теплотой и гордостью.
- Нет, Локо, - возразил Дорский, - она не принадлежит мне по праву.
Он подошёл к краю балкона, и людское море внизу затаило дыхание.
- Жители Лагодола! Локо Арнеро Горуа жив!
- Слава Локо Арнеро! - проревела толпа.
