Книга Короткого Солнца полностью

Предводитель отрезал для нее большой кусок кожи хватателя (продолжала Фава) и скреб его, пока он не стал тонким и гладким, и таким гибким, как только можно было его сделать. Она обернула кусок вокруг себя, и они сорвали цветы и красивые листья, чтобы она могла носить их в волосах.

Предводитель Инканто просто хотел, чтобы она расстроила планы, которые его сын и молодая женщина строили в одном из человеческих поселений. Но без малейшего намерения он превратил ту маленькую девочку, о которой я говорила, в сегодняшнюю маленькую девочку, по-своему очень хорошую, очень любящую красивые платья и мило играющую с другими маленькими девочками.

Теперь я устала, и все вы закончили есть. Завтра мне предстоит долгий путь, так что я закончу ее историю здесь, и закончу ее счастливо.



 

Возможно, мне не следовало рисовать эти три витка, поскольку я только закупорил свою маленькую бутылочку с чернилами, вытер перо, потянулся и поговорил с Оревом. И вот я снова здесь, тот же самый человек, на том же самом месте, с теми же чернилами, бумагой и пером — хотя, как видишь, слегка заострил перо.

Я вижу, что прервал себя на том месте, где Фава и Мора пришли сюда в своих ночных рубашках прошлой ночью, и переключился на рассказанные истории. Я надеюсь вернуться к этому, но сначала я должен сказать, что Фава уехала, я написал для Инклито письма и два молодых человека, которые должны отнести их, ужинали с нами сегодня вечером.

Один из них, несомненно, тот самый наемник, с которым говорил Инклито; войдя в комнату, я увидел, как он взглянул на Инклито и кивнул. Его зовут Эко[70], это красивый и крепкий молодой человек, чье смуглое лицо, сверкающие зубы и глаза напоминают мне Хари Мау.

Я пытался поместить его в группу, с которой разговаривал во дворце. Кажется, слева от меня, в глубине комнаты. Он довольно высок, и я вполне уверен, что помню, как он смотрел поверх голов тех, кто стоял перед ним. Тогда не было никаких улыбок. Я видел очень молодого человека, которого собирался отправить в бой, и думал, хватит ли у него мужества держаться достойно. Судя по тому, что сказал Инклито, хватило, я уверен.

На самом деле я был бы уверен, даже если бы Инклито ничего не сказал о нем.

Когда Мора и Фава пришли вчера вечером, я послал Онорифику за другой служанкой, Тордой, угрюмой, красивой молодой женщиной, которая принесла нам дорожные одеяла в ту ночь, когда Инклито отвез меня обратно в Бланко.

— Я давно хотел поговорить с вами, — сказал я ей. — Вы в опасности — в смертельной опасности, на самом деле. Я собираюсь спасти вас, если я могу. Но я не собирался говорить с вами в присутствии Моры...

Я украдкой взглянул на нее; ее тяжелое, грубое лицо сказало мне очень мало, но губы показались сжатыми сильнее, чем обычно.

— И все же, возможно, это лучший выход. И если Фава тоже слушает, то это не может принести вреда и может принести какую-то пользу.

— Вы думаете, что вытащили меня из постели. — Торда обвиняюще посмотрела на меня. — Вы думаете, что...

— Я знаю, что это не так. Онорифика привела вас слишком быстро. Вы уже встали и оделись, или одевались.

— Я должна нагреть воду для ванны мадам. Она моется каждое утро. Она будет в ярости.

— Тогда это сделает Онорифика.

— Она должна накрыть на стол к завтраку.

Фава хихикнула.

Я отмахнулся от стола:

— Это может сделать Десина. Не такая уж большая работа — накрыть стол на пять человек.

— Вы думаете, что я испугаюсь и запутаюсь, но...

Я покачал головой:

— Я надеюсь напугать вас. Я знаю, что сейчас вы не боитесь. (Это была ложь; я знал, что она боится.) Но я надеюсь напугать вас для вашего же блага. Женщины боятся смерти, Торда, как и мужчины. Если я сумею показать вам — а я думаю, что сумею, — что рука Гиеракса тянется к вам даже сейчас, пока мы говорим, вы будете благоразумно напуганы и скажете мне правду. Если вы это сделаете, все может пойти не так уж плохо для вас. Растерянность — последнее, на что я надеюсь. Сейчас вы должны мыслить ясно, яснее, чем бедная Онорифика когда-либо думала в своей жизни. Вы должны увидеть опасность, если хотите избежать ее.

— Бедн дев! — Орев склонил голову набок.

Мора решительно кивнула:

— Я бы тоже так сказала. Если бы не... вам не следовало бы так издеваться над ней. Я собираюсь рассказать отцу.

Рука Фавы скрыла улыбку:

— Мы пришли сюда, чтобы поговорить с тобой о чем-то совершенно другом, Инканто, и мы были здесь первыми.

— Я знаю, о чем вы хотите поговорить, — мой голос прозвучал не более уверенно, чем я чувствовал, — о том же самом. Ты говоришь, что это совершенно другое, но не знаешь, о чем я говорю с Тордой. Или знаешь?

Фава покачала головой.

— Торда — шпионка, — сказал я и внимательно посмотрел на Фаву. — Инклито не так давно понял, что в его доме — шпионка. Он попросил меня опознать ее. Я говорю ее, потому что нам обоим было ясно, что это должен быть один из четырех человек: Десина, Онорифика, Торда и ты, Фава. Это Торда, и она может сэкономить нам время, признавшись в этом.

— Я шпионка? Нет!

— Плох дев! — выплюнул Орев.