Лазарет встретил запахом свежей крови. Кьяра сразу увидела трупы бабочек и фей, размером с хафлингов, вооруженных серпами. Меллот и Задар сидели на полу, устало облокотившись о стену. Кажется, они пережили не лучший в своей жизни бой. Эридан замер над распростертым телом драконида, вокруг которого натекла огромная лужа крови. Как много, целое озеро. Чешуя безжалостно изрублена. Эридан повернулся в сторону Кьяры, и произнес с сожалением:
— Я пришел слишком поздно, — он перевел взгляд на эльфийку, вышедшую из-за спины тифлингессы. — Хатаэ, я слышал, ты владеешь магией оживления…
Та встала на колени над телом Арума, внимательно его осмотрела. К удивлению Кьяры, даже не побелела лицом.
— Все верно, — наконец сказала она, — но это долгий процесс, и мне нужен бриллиант, который стоит не менее пятисот золотых.
— Я могу принести из сокровищницы, — тут же предложила тифлингесса.
— Я пойду с тобой, — подхватил Эридан, — на случай, если там враги.
— Будьте осторожны, — сказала Хатаэ, обернувшись. — На этих бабочках какие-то руны… Мы с Зариллоном их быстро раскидали, но руны опасны.
Кьяра кивнула:
— Хорошо. Подлатай пока ребят, пожалуйста.
По пути в сокровищницу Кьяра рассказала о битве возле подъемника, а Эридан быстро поведал о сражении в тронном зале:
— Вломились через окно. Бабочки, растения. Не поверишь… Лемифинви. Только мы трое против них. Я думал, нам конец, но догадался убить Лемифинви. Он рассыпался на какие-то стебли, за ним и все его лозы, а бабочки — это мелочь.
— А как погиб Арум?
— Думаю, у нас с ним бой начался одновременно, — хмуро предположил эльф. — Он был совсем один против этой толпы. Убил некоторых, сопротивлялся как мог, но, когда я пришел, он был уже мертв, а эти твари заполонили лазарет. Мы убили их.
— Лемифинви явно знал, как застать нас поодиночке, напал сразу на всех… — Кьяра, немного помолчав, добавила. — Надеюсь, Хатаэ сможет воскресить Арума.
— Он знал! — в сердцах воскликнул эльф. — Но как он прошел защиту? И неужели он все-таки объединился с Мэб? Травяной ублюдок. Если она не сможет… клянусь, я всех убью, но кого-то убью очень-очень медленно.
В сокровищнице они нашли необходимый камень и взяли еще несколько мешочков камней подешевле, для более слабых заклинаний. Хатаэ приняла ингредиенты и скомандовала:
— Уйдите. Заклинание произносится целый час. Мне нужна тишина.
Это не было гонором спесивой эльфийки. Лицо заклинательницы было очень сосредоточенным, без намека на обычное нахальство.
— Пойдемте, — сказал Эридан, кивнув гвардейцам, — мы тут не помощники.
Задар и Меллот выглядели намного лучше, магия Хатаэ исцелила множественные раны и ушибы.
Двери лазарета захлопнулись за их спинами. Эридан отошел в сторону, достал камень и начал переговариваться с кем-то. Тифлингесса в общих чертах поняла, что речь шла о войсках. Через несколько минут он отложил камень в поясную сумку.
— Пошли, — сказал он Кьяре. — Возможно, нам придется оставить Арума на попечение Хатаэ и сражаться без него. Наступление Мэб началось. Кстати, — он снял с пояса одну из черных фляг, пахнущих магией Нижних Миров. — На случай моей недееспособности. Встань над мертвым телом и открой пробку. Как только руна загорится красным, закрой ее. Ничего сложного.
Тифлингесса приняла предмет, засунула в сумку и сказала:
— Знать бы, кто крыса Лемифинви.
Эльф молча сжал кулак, сочленения латной перчатки громко хрустнули.
Вчетвером они направились в тронный зал. Нужно было соединиться с гвардией и выехать навстречу Мэб, пока основные войска еще могут вести сражение и не пускать врагов за стены. Ожидалась жаркая битва, но вот чего они не ожидали — высокого и тощего эльфа с голубой кожей, что уже поджидал их в тронном зале. Длинные белые волосы, глаза полностью залиты колким голубым светом, а в руках меч с лезвием, покрытым светящейся изморозью. Кьяра вскинула руку быстрей, чем что-либо сообразила, и огненная искра обожгла противника, испаряя слой льда с голубой кожи. В голове промелькнула мысль: “Неужели гвардия мертва?” — и быстро угасла, отвлеченная всполохом бледно-голубого света. В мановение ока эльф оказался прямо перед тифлингессой, и меч просвистел в нескольких дюймах от ее лица, обдав зимним холодом. Захватило дух от такой резвости. Кьяра поспешила разорвать дистанцию, а Меллот и Эридан окружили противника, отвлекая внимание от чародейки. Солнечный клинок скрестился с ледяным, раздалось громкое шипение. Аметистовый воспользовался ситуацией и поразил ледяного в открывшуюся щель доспехов. Брызнула черная кровь, тощий оттолкнул Эридана и огрызнулся сталью на Меллота. Задар тотчас встал между товарищем и противником, давая другу время оклематься от удара.
