Кьяре сильно хотелось есть, но сиротское прошлое научило подолгу терпеть голод и жажду. Она посмотрела, как Эридан выпил с Сехтеном, порадовавшись про себя, что эти двое сумели найти общий язык. Иметь такого союзника было бы прекрасно. Еще ее порадовала реакция младших домов. Те с нескрываемым восхищением крутились вокруг белобрысого, желая отвоевать немного внимания. Эридан вел себя с ноткой обычного самодовольства, но вежливо. Утомившись бесконечно поднимать кубок вместе с вереницей летнего дворянства, он отстранился якобы налить вина, а сам перевел дух рядом с Кьярой.
— Рука скоро отсохнет, и сопьюсь к тому же, — пожаловался он.
Конечно, он преувеличивал, но шумные застолья в кругу чужих людей заметно утомляли его.
— Я боялась, что Сехтен снова бросит вызов, — поделилась переживаниями тифлингесса. — Он очень серьезный боец.
— Сехтен не стал бы пытаться, не так скоро, — ответил Эридан, наполнив кубок. — Он бы понаблюдал, набрался сил. Умирать второй раз он не хочет, и ему нравятся мои взгляды. Он не причинит мне вреда. Пока что, — он обменялся вежливыми гримасами с проходящим мимо представителем младшего дома. — Быть под таким, как я, ему нравится больше, чем под таким, как его дядя. Я сделал ему интересное предложение. Посмотрим, что он скажет.
Чародейка была заинтригована. Иногда он казался грубым солдафоном, простым и бесхитростным как топор, но порой в нем просыпался хитрый зверь, способный на сюрпризы. Ей хотелось бы знать, что такого он предложил Сехтену, но разговор прервала Илавин, на полной скорости врезавшаяся в Эридана. Тот даже не качнулся от удара, а вот девчонка заверещала, когда белобрысый схватил ее за тонкую ручку. Кьяра заметила, что девушка вцепилась в свернутый на поясе кнут.
— Что это ты задумала? — прорычал эльф, стиснув пальцы.
Завизжав от боли, девушка ударила его электрическим разрядом, но пальцы не разжались. Он заломил ей руку за спину, заставив выпустить кнут, и тот мертвой змеей сполз на пол.
— Зачем тебе мой кнут, а? — грозно просил Эридан.
Ничего не ответив, Илавин взвилась под потолок, выскользнув из рук альбиноса. Подняв с пола кнут, он злобно воскликнул:
— У этой девки что-то с головой!
Кьяра успокаивающе погладила его по плечу, попутно пытаясь оценить реакцию гостей:
— Оригинальный способ привлечь внимание…
Эльфы восприняли это как невинную детскую шалость. Спонтанно вспыхнули разговоры о том, как остроухие чудили в возрасте Илавин, да и сам Эридан быстро остыл и было ввязался в один из ностальгичных разговоров, как вдруг замер, коснувшись правой руки.
— Она украла мое кольцо, — шепнул он. — Хитрая мерзавка!
Последнее он воскликнул в полный голос, подрагивающий от гнева. Кьяра вспомнила этот перстень. Сущая безделица. Серебро, эмаль, герб на лазурном фоне.
— Оно так важно? — шепнула чародейка.
— Оно мне дорого, — прорычал он, но сделав глубокий вдох, вроде успокоился. — У нас есть много обычаев, связанных с такими кольцами.
Делать нечего, придется искать девчонку и отнимать фамильный перстень Эйлеваров. Кьяра перепоручила заботу об Эридане Аруму, а сама отправилась на поиски леди Халирр. Уж она-то должна была утихомирить свое неуемное дитя, так некстати затаившееся где-то о дворце. Чародейка нашла леди Амавель в кудахчущей стайке таких же знатных дам.
— Леди Халирр, позволите на пару слов? — вежливо попросила тифлингесса.
Взяв остроухую под локоть, она отвела ее в сторону, чтобы никто не услышал их разговора.
— Леди, ваша младшая дочь взяла кое-что, принадлежащее лорду Эйлевару, — шепнула Кьяра. — Боюсь, если она не вернет это в ближайшее время, то гнев падёт не только на неё.
Халирр заметно испугалась:
— О благие феи, этого просто не может быть. Что она украла?
— Фамильное кольцо.
Рыжая удивленно посмотрела на девушку, затем залилась смехом, прикрыв рот рукой. Кьяра удивленно выгнула бровь:
— Поясните, пожалуйста?
— Вы не знаете? — воскликнула Халирр. — Это же Право Хитрого. Если кольцо останется у нее до полуночи, она станет его полноправным владельцем.
Кьяра нетерпеливо взмахнула рукой:
— Мне не знакомы обычаи ваших земель. И что дальше?
— Такие кольца дарят только членам семьи, — продолжила Халирр, отпив из бокала. — Новорожденным или супругам. Ах, моя девочка повзрослела! А я-то делала ставку на старших дочерей. Всего лишь надо было выпустить эту мантикору из башни.
— Это такая помолвка? — кивнула чародейка. — Зря веселитесь, кое у кого совсем нет чувства юмора, и брак может закончиться не начавшись.
Халирр пробормотала какие-то сумрачные угрозы и посулила невероятные кары Эридану, ели хоть волос упадет с головы ее дочери, но Кьяра уже не слушала. В груди нарастало раздражение. Ужасно не нравилось оказываться в дураках и обладать недостаточной информацией. Кто вообще придумал начинать помолвку банальным воровством? Эти эладрины что, совсем безумные?
С таким настроением она вернулась к Эридану. Он был вовлечен в формальную беседу с меньшими домами, но увидев девушку, сразу отстранился от своих будущих вассалов и кинул ей красноречивый взгляд.
