— Поздравляю, — улыбнулась Кьяра. — Сами знали, на что идут. Ты в порядке?
Она окинула взглядом прорехи на его камзоле. Кое-где ткань пропиталась кровью.
— Немного задело, — сказал он, тоже бросил взгляд на прорехи. — Малдет пропитал лезвие ядом, но, кажется, я в порядке.
— Лучше бы Арум проверил, — настояла тифлингесса, и эльф не стал спорить.
Он терпеливо пережил осмотр драконида, и пока Арум внимательно оглядывал раны, Сехтен, отделившись от толпы, раздраженно бросил:
— Не понимаю, о чем они думали? Они слепые и глухие? Они не знали, что вы убили меня?
Поморщившись от боли, белобрысый криво ухмыльнулся:
— Малдет был самонадеян, а Утзаир решил, что у него есть шанс, когда я ослаблен ранением. Он же не знал, что меня надо гораздо сильней ослабить, чтобы задуманное получилось.
Фыркнув, шрамолиций отхлебнул из бокала.
— Отравления нет, — констатировал Арум, и у Кьяры немного отлегло от сердца.
Эридан застегнул камзол и хотел было вернуться в толпу, но его остановила леди Кифель.
— Вы хорошо сражались, Ваше Величество, — сказала она. — Слышала, что вы умелый воин, но лучше один раз увидеть.
— Вы и сами воин. Разве нет? — кивнул Эридан на шрамы, которыми были испещрены руки женщины.
Она провела пальцами вдоль своего плеча, едва касаясь молочно-белой кожи.
— Всегда любила острые ощущения, — сказала Кифель, задержавшись пальцем на самой приметной отметине. — Муж заставлял сидеть дома и считать прибыль. Теперь могу, наконец, делать, что хочу.
“Сколько же у нее шрамов на теле?” — невольно задумался Эридан, но, прогнав эту мысль, улыбнулся:
— Рад за вас, леди.
Кифель развернулась, чтобы раствориться в шумной толпе, но сделав шаг, обернулась.
— Как насчет совместной тренировки? — спросила она. — Увидите, какой я воин на деле.
— Я подумаю над этим предложением, леди, — ответил эльф, вежливо кивнув, а про себя подумал: “Быстро же она нашла ко мне подход, нужно быть осторожней”.
Музыканты заиграли экзотичные на слух тифлингессы мелодии, и в толпу веселящихся гостей выбежали танцовщицы. Кьяра застала Зариллона в обнимку с одной из них. Несчастный маг не знал куда деваться, и чародейка спугнула девушку злобным рыком.
— Прости, Зариллон, — сказала она, — ты нам нужен с ясной головой, а женщины в этом плане ещё хуже вина.
Кивнув, волшебник обновил заклинание. Кьяра поспешила к Эридану, бороздящему океан безудержного кутежа. Иногда на него вешались танцовщицы, но эти были не опасны, их главный грех — следы помады и оставленные на камзоле волосы. Эйлевар относился к ним спокойно, словно они были частью интерьера. Однако попытка очередной танцовщицы обнять Эридана за шею закончилась падением розоволосой девушки из дома Эльраиль. Отпихнув надоедливую плясунью, белобрысый помог упавшей встать.
— Прошу прощения, — пробормотала она, отряхивая подол, — эти танцовщицы такие назойливые.
Она поправила прическу и вдруг забеспокоилась:
— Кажется, я потеряла украшение для волос!
Девушка начала шарить руками по полу и вскрикнула от боли: кто-то наступил на пальцы.
— Леди! Спокойно! — скомандовал Эридан, наклоняясь следом за ней. — Сейчас найдем.
Слегка разогнав гостей, чтобы было проще искать, белобрысый наконец поднял крупный ромбовидный камушек.
— Спасибо! — воскликнула девица Эльраиль, хлопнув в ладоши, а после обняла Эридана за шею и юркнула в толпу.
— Что это было? — пробормотал эльф, но его внимание отвлекла Кьяра, вздохнувшая у его плеча:
— У меня уже голова пухнет. А ещё этот зеленоглазый. Первый эльф здесь, который не путает дьявола с демоном и на удивление много знает.
— Дом Селани очень загадочен, — произнес эльф, побалтывая вино в бокале. — Оттого новость, что мои предки делали что-то совместно с ними, поражает. Я ничего об этом не знал.
— Он может знать, как достать то, что нам нужно, — заметила девушка. — Что если ваши дома вместе варили те зелья?
Мысль была дельной, и Эридан взял ее на заметку.
— А что будешь делать с домом Трабрар? — спросила Кьяра.
— Если они и правда сговорились с Лемифинви, то лучше держать врага поближе, — тихо ответил эльф.
Девушка поежилась:
— Ага, а потом пытаться понять, в кого подсадили колючки.
Воспоминания о шипах были еще слишком свежи и вызывали невольную дрожь, но эльф упрямо ответил:
— Да, это опасно, но я решил так.
“Бесполезно спорить с этим бараном, поберегу силы”, - фыркнула про себя чародейка, к тому же внимание эльфа отвлекла леди Корлуа, нетвердой походкой приблизившаяся к нему. Вино из ее бокала опасно расплескивалось, растекаясь кровавыми пятнами на подоле, но эту уже порядком пьяную женщину ничего не смущало.
— А я ищу вас, Ваше Величество, — сказала она заплетающимся языком. — Хотела выпить в честь вашей блестящей победы. Вы будете очень сильным королем, в этом нет сомнений.
Трудно было сказать, насколько она была честна в своих высказываниях, но Эридан молча сделал маленький глоток из бокала, из уважения. Женщина опрокинула в себя кубок, вино неряшливо потекло по губам и на лиф платья. Некоторые гости были порядком пьяны, но эта скорее заливала глубокое горе.
