Отойдя от бара, я подошла к холодильнику и открыла его. Я увидела много продуктов: молочные и мясные изделия, а также рыба и овощи. Достав палочку сырокопчёной колбасы, я понюхала её. Запах показался бы мне вкусным до всех этих событий, но не сейчас. Однако я всё-таки попробовала отрезать себе кусочек. По вкусу он показался мне как картон. С сыром произошло то же самое. Дальше я экспериментировать не стала. Это было бесполезно, это просто раззадорило мою жажду!
«Как же хочется пить! Вода не утоляет мою жажду. Мне нужна кровь… ну или что-то там, — скептически подумала я. — Может, попытаться уснуть? Обычно во сне голод и жажда не чувствуются».
Однако старания оказались тщетными. Я не могла ни о чём думать, кроме своей жажды! Вот она — ломка, о которой предупреждала Ника… Только эта ломка не похожа на ту, что должна быть у наркоманов. Тело не ломит, ничего не болит — просто ощущение ужасной сухости во рту, пищеводе и желудке: как изжога, но во много раз неприятнее. И ничто не утоляет это чувство! Я попробовала пить даже виски и ром. Интересно было то, что я чувствовала их вкус, но они не вызывали опьянения, хотя я выпила по полбутылки того и другого.
«Я должна была догадаться, что вампиры не могут опьянеть! Наверное, они пьют алкоголь из-за его вкуса, — решила я. — Но мою проблему это не решает: я по-прежнему ужасно хочу пить!»
Я пошла обратно в комнату, а оттуда вышла на террасу. Вдохнув свежего воздуха, я улыбнулась себе:
— Практически свобода! Может, получится переместиться отсюда?
Я попыталась, но ничего не вышло.
— Видимо, заклинание Влада действует и на террасу, — произнесла я с досадой. — А если сбежать так? Но я на самом верхнем этаже… Пятнадцатый, вроде? А Беннистер говорил, что стригии смертны. Если я спрыгну, то убьёт меня не жажда крови!
Безысходность нарастала во мне вместе с жаждой, и я снова зашла в комнату. Лёжа на диване, я старалась не думать о своих ощущениях, но это было совсем не просто.
Как вдруг мои размышления прервал звук открывающейся двери. Я даже подпрыгнула от неожиданности! В этом звуке я услышала надежду… надежду избавления от страданий. Я не знала, чего ждать: того, что Ника вернётся и сжалится надо мной, или того, что она вернётся посмеяться? Но я готова была уже убить её, потому что это чувство было невыносимо!
Однако на пороге показалась Марина…
— Лили, привет! Как ты? — с этими словами Марина обняла меня.
Машинально я тоже обняла её и стояла молча, оторопев.
— Лили, ты в порядке? — обеспокоенно спросила подруга.
Моё бледное лицо, покрасневшие глаза и тёмные круги под ними указывали на обратное.
— Марина? — еле выдавила я из себя.
Запах крови отчётливо бросился мне в нос, и всё внутри затрепетало. Чувство жжения всё нарастало!
— Я заберу тебя отсюда! — уверенно сообщила Марина.
— Как ты здесь оказалась? Тебе же ехать сюда часов восемь! И откуда у тебя ключи от этой квартиры? — с подозрением спрашивала я, пытаясь заглушить им свою жажду.
— Это неважно! — ответила Марина.
— А я думаю, что важно! — я захлопнула дверь позади подруги, и мы остались вдвоём в квартире.
Расстояние между нами было минимальное. Я не могла больше сопротивляться этой жажде, и у меня появились клыки.
— Лили, милая, это я, Марина, твоя подруга! — говорила она, пытаясь отступить назад, но отступать было некуда: позади неё была закрытая дверь.
— Я помню. Ты же хочешь помочь подруге? — спросила я тоном хищницы.
— Лили, ты меня пугаешь, у тебя клыки! — Марина пыталась найти дверную ручку за своей спиной, но у неё это не получалось.
— Марина? — я немного пришла в себя. — Я хочу твоей крови, я не могу с собой совладать! Но убивать тебя я не хочу.
— Выпей моей крови, не убивая меня! — резво предложила подруга.
Я удивлённо посмотрела на неё:
— Но ты же обратишься!
— Тогда у тебя не будет соблазна меня убить, ведь так?
Видимо, этот аргумент показался моему мозгу весомым, потому что я, ни секунды не медля, впилась в её шею. Но я не могла остановиться…
— Эй, полегче там! — произнесла Марина, и я почувствовала, как она начала оседать на пол. — Лили, ты убиваешь меня, — гораздо тише добавила она.
Её слова для меня были словно нереальные, будто бы ничего не имело значения, кроме утоления моей жажды. Поэтому я не отпускала Марину, продолжая пить её кровь… Но внезапно перед моими глазами предстал образ убитой Даши! Эти воспоминания заставили меня резко оторваться от шеи подруги.
— Марина? — очнулась я. — У тебя кровь… Нужно её остановить!
Но тут я заметила, что из сонной артерии нет кровотечения…
«У меня ведь тоже не было кровотечения, когда Беннистер укусил меня», — вспомнила я.
Однако Марина была уже без сознания… Я проверила её пульс: у неё была сильная тахикардия, но затем пульс резко оборвался!
«Марина превращается», — догадалась я.
Примерно через пятнадцать секунд она резко открыла глаза и сделала глубокий вдох.
— Марина, ты жива! — обрадовалась я.
— Лили, я жива? — с трудом выговорила Марина. — Ты всё-таки сдержалась…
— Да уж, это называется «сдержалась», — улыбнулась я. — Но мне и правда стало легче, спасибо!
