Книга магии полностью

– А я думала, что вы не ладите, – заметила Байю, что, конечно, было не очень умно, с учетом ее собственных романтических увлечений.

– Так и есть, – подтвердила доктор Манкидх, чмокнув доктора Азар в макушку.

Доктор Азар, несмотря на свое имя бывшая такой же бледнокожей иностранкой, как и Бразен, покрылась румянцем удовольствия.

– Видите ли, мы обе были так вами недовольны, Магистр…

– Что нашли много общих тем, – решительно вмешалась доктор Манкидх.

Байю искренне рассмеялась, не обращая внимания на тени скворцов, которые кружили у окон высоко над головами, через которые в зал попадал естественный свет.

– Я смотрю, вы хорошо заботитесь о своем тезке.

Она махнула рукой на Титана Приливов, который в ответ радостно замотал огромной башкой.

– Мы хотели бы извиниться за попытку провести вас, Магистр, – сказала доктор Азар. – Но вы отвечали отказом на каждое приглашение, присылаемое нами, на протяжении десяти месяцев.

Байю удивленно моргнула. Не может быть. Затем опустила взгляд, подсчитывая что-то на пальцах.

– Ну ладно, – признала она, дважды проверив расчеты и осознав, что они верны, – попытка и впрямь была неплохая.

Неужели она на самом деле так тщательно отгораживалась от мира? Постепенно становилась сумасшедшей затворницей? И настолько в этом преуспела, что Бразену пришлось тратить собственное драгоценное время на изготовление дешевой безделушки для того лишь, чтобы выманить ее из дома?

Она, похоже, слишком увлеклась самозащитой.

Но, с другой стороны, ее ведь действительно пытались убить. И воспользовались первой же подвернувшейся в этом году возможностью довести дело до конца, что говорит либо о немалом терпении ее недоброжелателей, либо об имеющихся в их распоряжении соглядатаях.

И это точно не Каулас Некромант, отец Бразена, поскольку ни одна птичка не стала бы приносить ему секреты на хвосте – или слушаться его приказов, если уж на то пошло. И не сам Бразен, поскольку он был, пожалуй, единственным человеком в мире, который мог бы просто воткнуть нож ей в спину. Не доктора Азар и Манкидх – по крайней мере, до тех пор, пока между влюбленными не начались размолвки и они не обвинили во всем старушку Магистра.

Тогда кто?

– Птичка на хвосте принесла, – пробормотала Байю.

– Что? – переспросил Бразен.

– Да так, ничего, – ответила Байю. И встряхнулась, заставив себя улыбнуться. – Идем. Пора насладиться вечеринкой, не так ли, господин Великий Магистр? А скворцы, скорее всего, разлетятся с приходом ночи.

– Совы гораздо крупнее, – цинично заметил Бразен, снимая бокал с ближайшего подноса.

– Не хотелось бы вмешиваться в ссору двух Магистров, но я пришла сообщить, что мне не нравятся твои попытки прикончить моего бывшего ученика.

Байю опустилась в удобное кресло рядом с жаровней. Садиться пришлось осторожно, чтобы не побеспокоить ни обвившую ее талию Амброзию, недавно перенесшую замену ног, ни скрытых под мантией крошечных механизмов в крабьих панцирях. Утреннее солнце заливало светом небольшой, прекрасно обставленный кабинет.

– Хотя, можешь мне поверить, я прекрасно понимаю, откуда у тебя такое желание.

Женщина, сидящая напротив, откинула прядь роскошных черных волос с лица правильной овальной формы и едва заметно улыбнулась. Высокий лоб и округлые щеки гармонично сочетались с узкими глазами, полуприкрытыми тяжелыми веками. Руки женщины лежали на коленях, вместе с вязаньем – изящной ажурной сетью из грубой шелковой пряжи белого и алого цвета.

– Я должна была догадаться, что ты тоже маг, – продолжила Байю. – Наджима. Звезда. Но для мага, говорящего с животными, у тебя довольно странное имя.

– Только с птицами, – поправила Наджима. – Они ведь тоже украшения небес.

– Бразен об этом не знал? – спросила Байю.

Наджима пожала плечами. В клетке за ее спиной запела канарейка. Ее крылья переливались всеми оттенками ярко-красного, словно драгоценные агаты. На окнах, ведущих на террасу в саду, стояли бамбуковые клетки с белыми и полосатокрылыми зябликами. А за садом, в некотором отдалении, раскинулся город, укрытый вуалью струящегося из каждой трубы и жаровни дыма. Люди с утра пораньше пекли хлеб и заваривали чай.

– Мог бы, если бы удосужился уделить мне побольше внимания.

– Значит, возлюбленным он был отвратительным. Но разве теперь за это убивают?

– Ну…

Казалось, любое свое действие Наджима сперва тщательно обдумывает. По крайней мере, чай она пила именно так.

– Если бы я действительно хотела его убить, то, скорее всего, придумала бы что-то понадежнее стаи птиц.

– Твоих птиц, – заметила Байю, прикрыв рукой глаза.

– Чай правда очень хорош, – сказала Наджима.

– Так ты просто… пыталась привлечь его внимание?

Байю попробовала так настойчиво рекомендованный напиток. Он на самом деле оказался удивительно хорош.

– Скорее напомнить, что у ошибочных решений могут быть неприятные последствия.

Наджима поставила чашку на столик и взяла в руки моток пряжи.

– Из женской солидарности. Ради тех, кто придет за мной.

– И, возможно, немного из мести?

Белозубая улыбка Наджимы была весьма недоброй. Байю… нравилась эта женщина.