Войдя в гостиную, Мадден кинул неодобрительный взгляд на стол с бутылками. Он был резок, действен, холоден, беспристрастен, но все оказались слишком потрясенными, чтобы воспротивиться его властности, и покорно подчинились его взгляду — тотчас отставили бокалы.
Появление Маддена явилось началом кошмара, которому суждено с этого мгновения все нарастать, и все присутствующие были беспомощно охвачены им.
Джексон сам изучал заявление Мальтрейверса. Нет, Мальтрейверс не заметил ничего подозрительного, когда уходил в собор. Двор был полон машин. К собору шли люди. Да, он, Мальтрейверс, уверен, что руки на двери не было, когда они уходили. Не было никаких телефонных звонков, никаких писем.
— Черт возьми, я уже все это рассказывал вам! — огрызнулся он.
— Помню все, что вы говорили, но нам нужно составить формальные заявления и я боюсь что-нибудь упустить. Я уже спрашивал вас, вспомните, угрожал кто-нибудь мисс Портер?
Мальтрейверс уставился на него.
— Значит, вы уверены, что это рука Дианы?
— Пока у нас нет никаких других предположений, кроме этого, и мы только можем предполагать, — ответил Джексон спокойно.
Мальтрейверс достал сигарету, закурил и медленно выпустил дым.
— Что вы хотите, чтобы я признал? — начал он тихо. — Что кто-то отрезал руку у Дианы и пригвоздил к этой чертовой двери? — Его голос почти перешел на крик. — Не хочу ничего слышать об этом.
Джексон долго молчал, а Мальтрейверс тупо смотрел в пол.
— Так вы знаете кого-нибудь, кто угрожал мисс Портер? — спокойно повторил свой вопрос Джексон.
Не поднимая глаз, Мальтрейверс покачал головой.
— Нет. И я не кричал на вас.
— Знаю. Это не имеет значения. Извините, но я не могу раздумывать, о чем можно говорить, о чем нет. — Джексон поднялся и протянул руку. — Я буду стараться держать вас в курсе дела.
— Спасибо, — сказал. Мальтрейверс и тоже протянул руку Джексону. — Что будет дальше? — спросил он.
— Сейчас сфотографируют руку в том положении, в котором она находится, и ее отправят в морг. — Мальтрейверс вздрогнул, услышав это слово. — Послушайте, — продолжал Джексон поспешно, — я знаю, как вам тяжело, но мужайтесь. Очевидно, отпечатки пальцев очень скоро прояснят ситуацию. Мы кое-что обнаружили в ее квартире, но понадобится время, чтобы обработать эти данные. Есть в этом доме что-нибудь такое, к чему притрагивалась только она?
Матьтрейверс провел Джексона наверх, в комнату Дианы, где Джексон увидел ночник с гладким глянцевым керамическим основанием и с помощью носового платка снял его со стены.
— Теоретически это отлично подойдет, — сказал он. — Вряд ли кто-то другой касался его после приезда Дианы и, полагаю, ваша сестра убиралась до него. Я дам вам знать, что мы обнаружим.
Джексон возвратился в полицейское управление, где ему сказали, что Мадден с хирургом прошли в морг. Он нашел их там обоих. Хирург оказался широкоплечим шотландцем, а от его твидового пиджака шел такой запах, будто он был соткан из табачных листьев. Рука лежала перед ними на металлическом столе.
— Рука явно женская, — говорил хирург. — Для мужчины это было бы странным, если бы в таком виде он содержал свои ногти. — На ногтях был прекрасный маникюр бледно-серебряного цвета. — С большой натяжкой можно было бы предположить, что это мужчина, — продолжал хирург. — Бывают у отдельных мужчин странные привычки, но в любом случае он не может быть беременным.
— Беременным? — резко переспросил Мадден. — С чего вы взяли?
— Посмотрите сюда, — хирург поднял руку и указал на крошечное красное пятно, от которого отходили тонкие линии около двух миллиметров поперек. — «Spider naevus». Это всё появляется после трех месяцев беременности. — Он развернул руку так, что они смогли увидеть край кости на запястье. — По радиусу и локтевой кости я могу определить, что ей было между двадцатью и двадцатью пятью годами, но рентгеновские лучи могли бы пролить больше света на это. На ногтях нет ямок, значит, она не страдала псориазом и, что еще важно, она не принадлежала к монгольской расе. Складки на ладони свидетельствуют об этом безошибочно.
— Как была отрезана рука? — спросил Мадден.
— Во всяком случае не умелым хирургом. Кости перерезаны чисто, можно предположить, что — большим ножом мясника или чем-то подобным. Определенно, ее не отпилили.
— Она была жива, когда это делалось?
Хирурга передернуло.
— Трудно сказать. Вытекло много крови, это может означать и то, что она была жива, и то, что отрезали ей руку сразу после смерти, пока кровь еще продолжала течь. Но процесс свертывания крови прекращается под воздействием бактерий, и кровь может снова потечь. Я не могу больше ничего сказать до тех пор, пока не проведу кое-каких исследований.
— Спасибо, доктор, — сказал Мадден. — Но прежде мне хотелось бы снять отпечатки пальцев. Вы посмотрите их, сержант?
— Да, сэр. Я принес это из дома. — Джексон поставил на стол ночник и объяснил, зачем он сделал это.
Мадден пробормотал одобрительно:
— Это сэкономит время. О результатах сообщите мне немедленно.
