Чарли хотела было огрызнуться, но сдержалась. Едва ли это будет справедливо. Дорин любила Адама, и, каким бы чудовищем он ни был, теперь он мертв.
– Послушай, мне жаль, что он…
Договорить она не успела: Дорин набросилась на нее, полоснув ногтями по щеке.
Полицейский схватил Дорин и оттащил назад, хотя она брыкалась, считая, что сможет освободиться.
– Господи, дамочка! Успокойтесь вы! – воскликнул он.
– Вот черт! – охнула Чарли, прижимая руку к лицу.
– Все из-за тебя, – вопила Дорин. – Ты должна была ему помочь! Ты должна была вернуть его домой.
Чарли было трудно проявлять сочувствие, зная, что Адам слонялся поблизости и выжидал подходящего момента, чтобы поколотить ее, но в то же время она понимала, что Дорин имела в виду. Как бы сильно Адам ни облажался с Бальтазаром и с Дорин, сама Чарли определенно облажалась с Адамом.
– Ты и правда дьявол, разрушающий все, к чему прикасаешься, – кричала Дорин. – Помнишь ту услугу, которую мой брат должен был тебе оказать? Так вот, он сделал все наоборот! Подстроил так, будто ты пропустила крайний срок выплат.
Пожав плечами, Чарли повернулась к двери.
– Ты не можешь угрожать мне тем, что уже произошло. Ты заставила его сделать это в ту минуту, как я отдала тебе кольцо.
Дорин, сдерживаемая двумя полицейскими, все же успела плюнуть в Чарли.
Измученная донельзя, Чарли вышла из участка и зашагала к своей машине. На горизонте уже забрезжил рассвет. «Королла» стояла там, где она ее припарковала, и под сиденьем по-прежнему лежала металлическая коробка. Чарли села за руль и посмотрела на свое лицо в зеркало заднего вида, изучила свежие красные отметины, которые ужасно саднили.
Вдруг она почувствовала вкус соли во рту и заплакала, но тут же утерла глаза.
– Возьми себя в руки, Чарли Холл, – велела она, глядя на свое отражение в зеркале.
Было утро четверга, следовательно, до устраиваемого Солтом торжества оставалось еще два дня. Два дня, чтобы узнать, чего хочет тень Винса, где находится сам Винс и кто лжет. Два дня, чтобы решить, что ей делать с запертой в коробке книгой.
Но сейчас ей больше всего на свете нужно поспать. Она не могла вернуться домой, поскольку там было совершено преступление и все огорожено желтой лентой. К матери тоже ехать не особо хотелось – да и удобно ли? Мысль о том, что придется спать на надувном матрасе, пока остальные будут ходить по комнате, отбиваться от вопросов и выдумывать еще больше лжи, вызывала у нее клаустрофобию и панику.
Не говоря уж об угрозе со стороны мрака, ищущего книгу, которая, вполне вероятно, оказалась у нее в руках. Возможно, мрак хочет добраться и до нее самой. Поэтому и к Барб нельзя. И ни к кому из остальных друзей тоже.
«Ты и правда дьявол, разрушающий все, к чему прикасаешься».
Дьявол, как точно заметила Сьюзи Лэмбтон. Только дьявольски невезучий.
Но, возможно, удача все же ей улыбнется. Чарли кое-что вспомнила. Сьюзи Лэмбтон уехала на йога-ретрит, а значит, ее жилище сейчас свободно и Чарли вполне может туда проникнуть.
Квартира Сьюзи находилась в нескольких минутах ходьбы от центра Нортгемптона. Подъехав к дому, Чарли сразу поняла, что попасть внутрь будет проблематично. Дом, имеющий огромные окна, был построен совсем недавно, и вокруг не было ни деревьев, ни зарослей кустов, которые могли бы скрыть ее от соседей Сьюзи во время взлома двери. Когда Чарли была здесь в прошлый раз, она восхищалась этим местом, но подготовкой к возможному проникновению, конечно, не занималась.
Чарли припарковалась через три улицы от дома Сьюзи, положила запертую коробку в сумку, достала из багажника отмычки и пошла пешком. Было начало седьмого утра, жители наверняка только-только просыпались и начинали обычные приготовления: детей нужно отправить в школу, самим пойти на работу.
Завернув за угол, Чарли обнаружила, что сзади дома имеются внутренние дворики, и несколько воспрянула духом. Обычно жильцы обращают куда меньше внимания на тех, кто ошивается на заднем дворе, а раздвижные стеклянные двери очень легко открыть.
На парадный вход люди ставят стальные двери с засовами или кодовыми замками, а черный обычно оставляют без внимания. Чарли сунула отвертку под нижнюю часть раздвижных дверей патио и с силой надавила, одновременно повернув ручку. Через десять секунд она оказалась внутри, а замок нисколько не пострадал.
Шаги Чарли эхом отдавались в современной кухне, отделанной белоснежной плиткой и оборудованной толстыми мраморными столешницами. В первое мгновение ей сделалось не по себе, словно она была не просто незваной гостьей, а пришелицей из другого мира.
Чарли заставила себя подняться по лестнице. Спальня Сьюзи была оклеена обоями с жизнерадостным узором из тропических листьев. Дверь в гардеробную стояла открытой, одежда разбросана по полу, как будто Сьюзи собирала вещи в спешке.
