– Вы хорошо знаете Эдмунда и можете сделать то, что никому другому не по силам – определить, куда он спрятал книгу, чтобы никто ее не нашел. Я устраиваю небольшой званый вечер для сообщества сумеречников в честь моего повышения в Теневой ложе. Возвращение книги стало бы достойным доказательством того, насколько я буду успешен в своей новой должности.
Чарли в ужасе уставилась на него. Хоть Теневая ложа и была подпольным управляющим органом, приносила много пользы: выявляла потенциальные угрозы вроде неприкаянных мраков, устанавливала законы, призванные регулировать сумеречные практики, нанимала Иерофанта. Она также держала в узде местных теневиков. Если в пятерке тех, кто принимает решения, заведется чудовище вроде Солта, последствия окажутся катастрофическими для всех.
Нет, в четверке, мысленно поправила себя Чарли. Потому что Найт Сингх мертв.
– Я очень ценю ваше предложение, но эта работа не для меня, – отказалась Чарли. – Я понятия не имею, где сейчас Винс и что он сделал с книгой. Насколько я знаю, он от нее избавился. Кроме того, вы мне не нравитесь. Вы похитили меня под дулом пистолета. Так делают только полные придурки.
Сказать подобное Лайонелу Солту было не местью, но и не пустяком.
Аделина затаила дыхание.
Солт посмотрел на Чарли через стол, и на его лице появилось выражение, словно он предвкушал какое-то огромное удовольствие. Иных предупреждений не последовало: тень Солта метнулась к Чарли и просочилась ей под кожу. Прежде чем Чарли поняла, что происходит, ее рука сжала нож для стейка как раз в тот момент, когда вернулся официант.
Присутствие в своем теле чужой тени Чарли ощущала так, будто обзавелась дополнительным сознанием. Она слышала ее мысли и чувствовала огромную ненависть. Ее рот открылся против воли, язык начал формировать слова, а голос сделался грубым:
– У-б-ь-ю…
Мгновение спустя она освободилась от постороннего воздействия, но не от обуявшего ее ужаса и никак не могла унять дрожь. Она не знала, избавилась ли от тени силой своей воли или это сделал Солт.
Он рассмеялся, глядя на изумленное лицо официанта.
– Она становится вспыльчивой, когда мы обсуждаем политику, но вреда не причинит. Не правда ли, моя дорогая?
Чарли прикусила язык и ничего не ответила, опасаясь услышать чужие интонации.
Солт наклонился ближе, понизив голос до шепота:
– У вас есть неделя, чтобы раздобыть для меня «Liber Noctem». Учитывая вашу репутацию, в успешном исходе дела я не сомневаюсь. Но если вы потерпите неудачу, то узнаете, что еще я смогу заставить вас сделать – и с кем. У вас ведь есть сестра, не так ли? Не хотите ли кофе перед уходом? – добавил он, резко меняя тему. – Чтобы взбодриться?
Гнев, страх и ярость волной поднялись в душе Чарли, сметая все прочие мысли. Она не думала, что можно презирать Солта еще сильнее, но теперь руки у нее тряслись от желания причинить ему вред. Ей хотелось разбить стекло и рассечь им ему лицо. Или подмешать в вино яда и смотреть, как он корчится на ковре, как медленно угасает его сознание.
Наблюдая за выражением ее лица, Солт улыбался все шире. У Чарли появилось подозрение, что ему нравится ее направленная на него ненависть, ведь это еще один вид власти.
Он вытер уголки рта тканевой салфеткой.
– Хочу услышать из ваших уст заверение в том, что вы все поняли. И что явитесь в мое поместье в субботу с книгой в руках.
Чарли отодвинула стул и встала, прикусив внутреннюю сторону щеки.
– Даю слово.
Он кивнул.
– Доброго вам дня, Шарлатанка.
Она повернулась, чтобы уйти, и тут Аделина схватила ее за руку.
– Я знаю, ты смотрела новости. Но прежде чем осуждать моего отца, вспомни, на что способен Ред.
Действительно ли тень Винса находится на свободе, убивая людей в ожидании некоего превращения? Не Ред ли повинен в том, что случилось с Розой Аллабанд? А какую долю ответственности несет Винс?
И все же тело Рэнда было найдено в машине вместе с мертвой девочкой, которую – Чарли была абсолютно уверена в этом – он никогда не встречал при жизни. Это было срежиссировано Солтом.
Возможно, и Винс не инсценировал свою смерть? Что, если он просто взял книгу и сбежал? Если бы Солт предъявил сгоревший остов машины с обугленными телами внутри, Винса бы признали мертвым, что не позволило бы ему далеко уйти или обратиться к властям. А если бы кто-то заподозрил, что он жив, его бы стали разыскивать за убийство.
Также не стоило забывать и о Реде.
– Отпустите меня, – сказала Чарли, но пальцы Аделины лишь сильнее впились ей в кожу.
– Ты думаешь, что знаешь Реми, но это не так. Ты ошибаешься.
Чарли вырвала руку из ее хватки и так быстро, как только могла, зашагала к выходу. Она не думала о том, куда направляется, стремясь оказаться как можно дальше от семейки Солт и их ужасающих желаний и требований. Когда она шла по гладкой плитке холла, то заметила мужчину, прислонившегося к стене.
Сердце ее ускорило свой бег.
