Я, Кристина, также сказала ей: «Госпожа моя, поистине теперь я ясно вижу, что, в самом деле, Господь, — слава Ему! — дал женщинам разум, способный постигать, запоминать и сохранять в памяти знания из всех областей. Но, как вы видите, есть множество людей, чей разум способен понять и познать все, чему их учат, настолько способных, что они могут быстро усваивать любую науку, за какую ни возьмутся — так что посредством образования достигают великой учености, тем не менее я крайне удивлена тем, что даже самые почитаемые и ученые мудрецы проявляют так мало благоразумия в поведении и нравах, поскольку нет никакого сомнения, что науки знакомят с добрыми нравами и воспитывают их[176]. Если вам будет угодно, госпожа, я бы хотела узнать от вас: если разум женщины способен к познанию и запоминанию таких сложных вещей как в науках, так и в других областях, способен ли он так же быстро и ловко постигать вещи, касающиеся благоразумных суждений, то есть того, что с точки зрения женщин следует делать, а чего не стоит; как извлечь урок из случившегося в прошлом; как научиться на примере пережитого стать мудрее в управлении делами настоящего, а также справляться с тем, что должно случиться? Эти вещи, как мне кажется, требуют благоразумия».
Дама Разум ответила: «Ты правильно говоришь, дитя мое, но знай, что то благоразумие, о котором ты говоришь, отмерено Природой как мужчинам, так и женщинам, одним в большей степени, другим — в меньшей. Ученость не может сделать человека благоразумным, хотя весьма помогает тем, кто благоразумен от рождения. Как ты можешь знать, две силы, соединенные вместе, становятся более могущественными и непоколебимыми, чем каждая из них по отдельности. Вот почему я бы сказала, что человек, который по природе благоразумен (что называется здравым смыслом), приобретая мудрость, заслуживает наивысшей похвалы за свою добродетель. Однако некоторые, как ты правильно говоришь, имеют одно, но лишены другого. Одно естественным образом даруется Господом, а второе приобретается посредством долгого учения, и тем не менее, обе эти добродетели — благо.
Однако многие предпочитают мудрости с толикой здравого смысла здравый смысл без больших познаний. По этому поводу могут звучать многие мнения, порождающие не меньшее число вопросов. Можно сказать, что лучше поступает тот, кто избирает наиболее ценное для общего блага. Знание отдельным человеком множества наук приносит больше блага всем, чем весь здравый смысл в мире, которым он может обладать, поскольку знание он распространяет. Здравый смысл не может существовать дольше, чем жизнь того, кто им обладает, и когда он умрет, здравый смысл умирает вместе с ним. А знания живут вечно благодаря тем, кто ими владеет; знания обеспечивают им известность и приносят пользу множеству людей, поскольку им можно научить других и сохранить в книгах для тех, кто родится в будущем. То, что знания не умирают вместе с людьми, я могу продемонстрировать на примере Аристотеля и других, завещавших свои знания миру: знания, накопленные ими, приносят людям больше пользы, чем невежественные суждения всех людей прошлого и настоящего, хотя многие королевства и империи успешно управлялись одним благоразумием. Но все это преходящее, и исчезает со временем, в то время как знание — вечно.
Но эти вопросы я оставлю без ответа, пусть другие пытаются их разгадать, поскольку они несущественны для строительства нашего града, а вернусь я к заданному тобой вопросу: свойственно ли женщине врожденное благоразумие? На этот вопрос я отвечу: „да“. Ты могла это понять, уже исходя из того, что я до этого говорила, или глядя на то, как женщины справляются с установленными для них обязанностями. Присмотрись внимательнее, и тебе станет ясно: ты обнаружишь, что в большинстве своем женщины усердны, заботливы и прилежны в ведении своего хозяйства и в прочих обязанностях, делают все, что в их силах, так что в некоторых случаях это даже раздражает их ленивых супругов. Им кажется, что жены слишком много заставляют их исполнять свои обязанности, они говорят, что жены хотят быть их хозяйками, хотят быть мудрее их и таким образом представляют злонамеренным то, что жены говорят из лучших побуждений. Об этих благоразумных женщинах сказано в послании Соломона, суть которого я изложу здесь, поскольку оно подходит к нашей теме».