— Мои дети пойдут первыми и станут для нас глазами и ушами. — Пока крысолов не начал говорить, я даже не заметил, что не только глаза крыс светятся красным, но и глаза самого старика. Выглядело это мягко говоря жутко. И будем честны на мой дилетантский взгляд это мало чем отличалось от того колдовства, что творили колдуны махо. “ Ты просто не представляешь насколько сильно они отличаются, но сейчас не время для уроков. Пора действовать. “
— Согласен. — Кван с интересом смотрел на старика и мне почудилось, что он присматривался к тому как бы поудобнее отрубить ему голову. — Ян, Мэйлин за мной, наша приоритетная цель колдуны, остальные на тебе — Он посмотрел на крысиного короля и дождавшись его кивка продолжил:
— Не щадить никого.
Ответом убийце духов служил тихий шелест вынутого из ножен оружия. А в моей голове я слышал как голодные духи затянули свою печальную песнь. Скоро они насытятся до отвала. Скоро смерть придет в спящую крепость.
Чудовищные питомцы крысолова мчались вперед так, словно за ними гнались не менее чудовищные коты. После проведенного ритуала сам старик начал двигаться будто ему вернулись его восемнадцать лет, вот только кроваво-красные глаза и длинные изогнутые когти с его пальцев никуда не ушли.
Повинуясь приказу крысиного короля обращенные небольшими группами двинулись подавлять внешние посты, сам же он разделил своих бойцов на две группы и одну повел сам, а вторую отдал под командование своему вислоусому товарищу. Мэйлин и я следовали как тени за убийцей духов готовые ко всему.
Когда мы пересекали внешнюю стену я увидел несколько окровавленных и обезображенных тел охранников валяющихся рядом с оборудованными для наблюдения местами. В целом мне было совершенно плевать на них. Как говорится собаке — собачья смерть, но у всех тел была одна и та же любопытная деталь. Вырванное горло. На ум сразу пришли морды перевертышей измазанные кровью. Оборотни точно никого не собирались щадить.
Кван никуда не спешил и мы медленно шли по направлению к развалинам крепости. То тут то там возникали короткие звуки схваток, но никто не успевал даже подать голоса. Чем ближе мы подходили к полуразрушенному входу, тем сильнее я слышал шепот голодных духов. Они говорили мне, что это место полное энергии смерти и боли. Что стоит мне немного приложить усилий и вся эта мощь вольется в меня даруя такие возможности о которых я даже и не мечтал.
Кван шел расслабленным шагом, будто он не штурмует вражескую крепость, а просто прогуливается с учениками и рассуждает о смысле жизни. С каждым шагом, по направлению к крепости, на меня все сильнее давило странное ощущение неправильности. Словно что-то искажало привычное течение энергии. И самое поганое, что сейчас не тот случай когда мне можно скрывать свои способности. Чтобы не говорил убийца духов, но моя паранойя твердила мне, что тут легкой прогулки не получится.
— Наставник, чем ближе мы к крепости, тем сильнее я ощущаю какое-то странное искажение энергии. Будто в хорошо знакомом кристально чистом озере, теперь одновременно гниет полуразложившаяся туша демона испускающая ядовитый смрад и на поверхности воды разлито горящее лампадное масло.
— Меня радует насколько лучше ты стал чувствовать потоки энергии. И что меня радует еще больше, так это то что ты наконец-то научился использовать метафоры в своей речи. В высшем обществе без умения говорить иносказательно можно случайно умереть. — С улыбкой произнес Кван, а в моей голове тут же возник голос предка. “Не его одного это радует. Ты очень быстро прогрессируешь и это упрощает нашу задачу. Чем лучше ты чувствуешь мир вокруг, тем выше твои шансы научиться скрывать свое присутствие. А без умения маскироваться и обманывать врага ни один настоящий убийца не сможет справиться. Ты должен сделать так, чтобы аура восприятия не занимала ни один из твоих поток сознания. В тот момент когда ты сможешь ощущать потоки энергии так же естественно как дышишь, ты станешь намного сильнее. Насчет же метафор и иносказаний, он во многом прав, но если создать себе правильную репутацию.” Он не договорил свою мысль, но я и так прекрасно все понял. Многие бойцы боялись идти со мной в клинч так как знали, что на близкой дистанции мои локти становятся смертельно опасным оружием.
