– По крайней мере, – продолжал Граф, – могу вас заверить, что фирма Галлер со своей стороны контракт выполнила. Я видел вашего супруга. Он недолго страдал, госпожа Мартинели. Совершенно спокойное лицо, хотя и бледное. Но я думаю, это от природы – светлые волосы, белая кожа.
Госпожа Мартинели произнесла нечто неразборчивое, а затем строго посмотрела на племянницу.
– Ты просто делаешь вид, что безмерно уважаешь моего покойного муженька! – неожиданно взвизгнула она. – Ты бросаешь меня одну и едешь сюда в поисках работы… Разве ему это понравилось бы? Тебе нет никакой необходимости работать.
– Я пытаюсь стать самостоятельной, – мягко ответила Люсет. Ее мелодичный голос и манера немного растягивать гласные производили приятное впечатление. – Вы и так долго заботились обо мне. Пожалуйста, не считайте меня неблагодарной, тетя Женевьева.
– Это решение расстроило бы твоего дядю.
– Он бы не возражал.
– Я лучше знаю, против чего возражал бы мой муж.
Всем своим видом Люсет, казалось, опровергала это утверждение.
– А где же ты собираешься жить, если Христианская ассоциация тебе не подходит?
– На Герехтигкайтсгассе.
– В Альтштаде? У тебя слишком мало денег.
– Вы ошибаетесь. Там совсем не дорого. В этом районе живут конторские служащие и машинистки – вряд ли они много зарабатывают.
– А мне говорили, что там много разного рода подозрительных личностей. Помнишь ту ужасную историю, о девушке, которая едва заживо не сварилась в ванне? Ее нам рассказала дочь госпожи Франк.
Граф не удержался и широко улыбнулся, а коралловые губки Люсет Дион чуть дрогнули в усмешке, но при этом что-то похожее на две очаровательные ямочки на мгновение появилось на ее щеках.
– Ну, хорошо, – не обращая внимания на Графа, продолжала госпожа Мартинели, – а что ты собираешься делать до того, как сядешь в поезд? Он ведь уходит в полночь.
Граф робко предложил свою помощь – казалось, ему искренне хотелось позаботиться о госпоже Дион.
– Она пообедает, – пояснил он, – и мы можем пройтись по городу.
Люсет застенчиво взглнула на него из-под длинных ресниц и тихо сказала:
– Мне бы очень хотелось посмотреть казино.
Граф подумал, что девушка привыкла к подобным предложениям от лиц противоположного пола. Но и госпожа Мартинели прониклась к нему явно незаслуженным доверием.
– Вы очень добры, – любезно сказала она.
– Тогда, может, сейчас и отправимся? Наверное, госпожа Дион хочется посмотреть Берн при дневном свете?
– Я готова.
Люсет выпорхнула из комнаты за своим чемоданом. Госпожа Мартинели, нахмурившись, посмотрела ей вслед.
– Ох, уж эта молодежь. – Вдова тяжело вздохнула. – Не нравится мне это…
– Знаете, госпожа Мартинели, я уверен, что госпожа Дион нигде не пропадет, тем более в Берне.
– Она думает только о себе. Я взяла ее в нашу семью, когда умерла моя сестра. Сводная сестра… Хотя у меня перед ней не было никаких обязательств. Это произошло шесть лет назад, а Люсет было всего шестнадцать. Муж разрешил мне устроить девочку в хорошую школу. Естественно, мы считали, что она не должна сама зарабатывать себе на жизнь.
– Вероятно, в этом-то вся и беда. От скуки молодые девушки готовы пуститься во все тяжкие, особенно в наши дни, когда им нечем заняться.
– А молодые люди уезжают из страны… Она права, в Ла Роше ей совершенно нечего делать. Но мне казалось, что прежде она и не мечтала о переезде. Это прекрасный небольшой городок, там у нас милые, весьма патриотично настроенные соседи и много военных заказов.
– Вы и теперь там будете жить?
– Да, только переселюсь в дом поменьше. Неподалеку от нашего дома продается один замечательный домик – я в него просто влюблена. Он мне как раз подойдет, особенно если Люсет решит все-таки жить отдельно. Господин Граф, вы думаете, она в самом деле устроится на какую-нибудь работу?
– Несомненно.
– Она обязательно захочет вернуться, когда поймет, что такое работа. Конечно, если она приедет в Ла Рош, я возьму ее к себе.
– А ваш муж, позвольте спросить, оставил ей что-нибудь? Она упоминается в завещании?
– Нет, конечно… Муж составил завещание очень давно. Тогда он еще и не знал о существовании Люсет. У нее есть несколько сотен – наследство отца. Буквально перед самым нашим отъездом она побежала в банк и получила наличными по чеку. Сняла со счета все подчистую. И ни словом не обмолвилась об этом, пока мы не добрались сюда. Проделала все скрытно.
– В этом возрасте они многое считают само собой разумеющимся.
– Господин Граф, а как вы думаете, может, я не получала писем от мужа из-за какой-нибудь ошибки? – неожиданнно сменила тему госпожа Мартинели.
– Ошибки?
– Например, этот Шмид забыл их послать. Я не могу… Просто не верю, что Говард мог так жестоко поступить со мной. В этом нет никакого смысла.
Граф встретился с мисисс Мартинели взглядом, через мгновение она отвернулась.
– В этом нет никакого смысла, – повторила вдова уже не так уверенно.
