Золотой век возможен, если люди в своей массе возвратятся к древним исконно своим верованиям и переосмыслят языческие ценности в рамках сегодняшних знаний и понятий. При этом должен произойти разумный отказ от насильственного стимулирования потребительства. Человеку нужно много меньше того, что он порой потребляет. Пытаясь потребительством компенсировать в себе недостаток дарна, человек, в действительности, еще более нарушает свое внутреннее равновесие.
6. Выход из порочного круга отношений владычества предлагают учения восточной ориентации, построенные на буддизме. Они опираются на тезис, что бытие мира есть и будет всегда бессмысленной суетой и погоней не удовлетворенных за удовольствиями. Мир неисправимо порочен, он обречен на страдания, и выход возможен только путем бескомпромиссного разрыва связи с ним.
По сути, эта позиция предполагает, что золотого века никогда не было и не будет. Он, в принципе, состояться не может. И значит ни личное, ни групповое, ни всеобщее пребывание в состоянии дарна — невозможно. Это означает, что народ, в рамках своей культуры, не может придти к состоянию дарна. Это одно из существенных отличий восточного мышления от индоевропейского.
Идеологи такого рода учений фактически всегда стремились к дарна, но только независимо от народа. Их основным идеологом является царевич Гуатама, который жил в маленьком мире искусственного дарна, но столкнулся с большим миром, где оно было нарушено.
Гуатама был человек ранимый. Ситуации, когда подвластный ему мир страдает, он вынести не мог. Но, проблему он разрешил эгоистически — для себя. Он пошел по пути отказа от поиска народного дарна, и стал искать такой вид личного дарна, при котором возможно народными чаяниями пренебречь. Так было создано первое буддистское учение. Оно возникло в ту эпоху и в той стране, где состояние дарна было серьезно нарушено.
Разумеется, если все пойдут путем Гуатамы, то человечество вымрет. Так вымерло самое буддистское — Тибетское государство, после чего его остатки поглотил Китай. Индоевропейцам смерть человечества представляется высшим злом. Так что путь Гуатамы оказывается подсказкой Чернобога, а его учение — идеологией нежити. Последователи Гуатамы имели разное мнение по поводу народного счастья: от признания его возможности, до полного отрицания. Народы, исповедующие буддизм, все же обычно не вымирают. Это происходит потому, что сами идеологи ухода от мирских страданий вымирают быстрее.
Важно отметить, что нужное для дарна удовлетворение базовых потребности не равносильно их подавлению, которое наблюдается в буддизме, монашеской практике или в современных псевдовосточных культах. Есть религиозные мазохисты, которые ставят целью подавить свои базовые потребности, изжить их из себя навечно. Осуществляют они это через самоистязание: обрекают себя на бессонницу, голод, боль, половое воздержание, либо наоборот: безмерно едят и предаются разврату, чтобы все это им опостылело. Тогда, «выгорев», они якобы смогут стать должными праведниками.
Такие аскеты как правило впадают в крайние истерические состояния, лишаются присущей человеку полноценности восприятия мира и потому дарна постичь не могут.
Все магические и религиозные практики, ведущие к подавлению базовых потребностей, в дарна лишаются смысла. Возможны практики, которые предполагают, что некоторые потребности будут какое-то время остро не удовлетворены. Так, для общения с духами, жрец или шаман должен несколько дней голодать. При этом он знает, что совершив должную магическую операцию, вернется к естественной человеческой жизни.
Дарна — состояние равновесия, единения человека и Природы. Его возникновение не предполагает, что польются полным потоком все блага, так, что потребить их все не хватит сил. Дарна допускает все те бедствия, которые происходят в человеческой жизни. От них никуда не денешься. Часть из них — сотворены силами истинного зла, другая часть — естественна для жизни. Пребывая в дарна, человек переносит и страдания. Но, счастье, получаемое в дарна от ощущения своего бытия в мире, страдания превосходит. Этот масштаб счастья превосходит и всякого рода удовольствия, получаемые от потребления благ цивилизации, поэтому они оказываются на втором плане.
7. Таким образом, дарна не означает отказ от страданий или отрицательных эмоций, не означает запрета на негативные переживание. Дарна лишь требует их определенной культуры.
Среди низких отрицательных эмоций есть такие как обида, зависть, чувство неполноценности, сквернословие. Но есть и высокие негативные эмоции, среди которых могут быть справедливый гнев, страдание, сострадание, неудовлетворенность собой или другими. Есть у нас и такое понятие: "по доброму завидовать", которое относится к эмоциям высокого уровня. Все это совершенно нормальные человеческие эмоции, данные богами. Часть из них достойно преодолеть, другую же часть достойно обратить в действие.
