Лес… Старый… Он очень старый… Исполинские стволы устало покачивались… Это движение едва ли кто-то мог заметить. Оно было медленным и спокойным… Казалось, что деревья стоят неподвижно… Но это глубокое заблуждение, как и то, что деревья молчаливы… Хотя они редко думают, и еще реже говорят о том, что думают… Они любят только слушать и ощущать… А листик летел вниз… Оставалась еще совсем немного… Внезапно его падение прервалось — он бессильно опустился на что-то теплое.
Цекай, поморщившись, сдула с лица упавший лист. Она открыла глаза, хотя, впрочем, вокруг стояла такая непроглядная тьма, что это ничего не изменило. За те три или четыре дня, что она провела на Силане, она стала спать как-то беспокойно. В детском доме она никогда бы не проснулась от того, что на нее упал лист. Девушка не стала раздумывать по этому поводу: веки тянулись друг другу, она закрыла глаза. В спящем лесу был явственно слышен хруст веток и шепот листвы над головой. Иногда скрипели деревья, словно разговаривали друг с другом. Цекай вспомнила свой сон, в котором деревья, слегка потрескивая, погружаются в свои нелегкие думы, и улыбнулась, представив такую картину. Какая чушь!
— Разумеется, чушь! — раздался странный глухой голос у нее в голове, словно она сама проговорила его про себя.
Цекай недоуменно открыла глаза.
— Кто здесь? — тихо спросила она, надеясь, что никто не отзовется.
— Она нас слышит? — удивленно спросил другой голос, доносившийся вся оттуда же, из ее подсознания.
Девушка подняла голову. Этого еще не хватало! Теперь она отчетливо слышала какие-то голоса. Правой рукой Цекай стала шарить в темноте, ища Юрию. Но ее там не было. Цекай в панике вскочила на ноги. Она в отчаянии щелкнула пальцами — неожиданно три из них засветились мягким голубым светом. От неожиданности девушка резко зажмурилась, а потом чуть не закричала от радости. Но вспомнив, зачем применила заклинание, провела рукой по земле, обнаружив там лишь траву. Единороги тоже куда-то делись. Цекай в ужасе стала кружиться на месте. У нее было странное ощущение: она чувствовала, что не двигается, хотя и топчет траву у себя под ногами. Цекай провела рукой по лицу, но едва смогла почувствовать свою кожу. Что это значит?
— Почему ты можешь слышать нас, оканду? — спросил голос у нее в голове.
— Кто вы? — спросила она, услышав, однако, и себя словно воображением, а не ушами.
— Кто мы? — лениво переспросил подсознательный голос.
— Да! — требовательно воскликнула девушка.
— Мы живем в этом лесу испокон веков, этот лес и есть мы.
Но… Цекай растерянно захлопала глазами, ничего не понимая. Но лес — это деревья…
— Верно, — согласился голос. — Так вы нас называете.
Я разговариваю с деревьями?! Девушка замотала головой, словно стараясь выкинуть у себя из головы странные голоса. Докатилась!!!
— Раньше мы никогда не разговаривали с кондра или оканду, но ты смогла услышать нас, — продолжило дерево. — Почему?
— Я понятия не имею!!!
— Ты такая маленькая, оканду, но твое сознание огромно. Оно почти такое же большое, как и наше. Я никогда еще не видел, чтобы чьи-то мысли были такими сильными. Хотя здесь тысячелетиями никого нет. Зачем ты и твои спутники пожаловали сюда?
Цекай ничего не ответила.
— Понял, — сказало дерево. — Вы бежите. Спасаетесь от беды. Сейчас вам не стоит волноваться, вы в безопасности здесь, наши толстые стволы защитят вас, но когда вы уйдете, вам будет трудно.
Цекай нахмурилась. Что значит будет трудно?
— Те, кто гонится за вами, в несколько раз сильнее. Тебе и твоим друзьям будет нелегко от них убежать.
— Вы предлагаете остаться в этом лесу?!
— Нет. Вы пугаете птиц и эльфов. Но я предлагаю тебе свою помощь. Я дам тебе кое-что, но за это ты разрешишь мне посмотреть твои воспоминания.
— Зачем вам мои воспоминания? — удивилась Цекай.
Дерево не ответило.
