— Ты рассказал об этом Рине? — только и смогла спросить девушка.
— Значит, ты даже не отрицаешь этого! Нет, Рине я об этом не говорил, мне интересно посмотреть, как ты сама из этого выпутаешься.
— Я не знаю ее! — отчаянно крикнула ему Цекай, забыв о том, что Юрия с Риной сзади могут их услышать. — Понятия не имею, кто она и чего она от меня хочет!
— Можешь не говорить, — безразлично заметил Грауд, — только я вот что тебе скажу: ты сама могла заметить, что на гоблинах были кольчуги из настоящей драконьей чешуи. Это явный признак того, что они принадлежат к личной армии Светотени. Да еще эта… Ленгда, верно? Она настоящий оборотень высшего уровня! К тому же изобразила что-то вроде Ейгенца! Нам сегодня просто повезло! Эта женщина, похоже, даже не допускала мысли, что ты можешь использовать внешнюю магию.
— И что же это значит?!
— Странно, что Светотени от тебя нужно?! Ты ничего не делала, что могло вызвать ее недовольство? — абсолютно спокойно, если не считать тяжелого от бега дыхания, поинтересовался Грауд.
— Эй! Я на Силане всего несколько дней! — напомнила Цекай. — А до этого я про вашу Светотень и слышать не слышала!
Единорог только фыркнул в ответ, а потом тихо добавил:
— А Юрии с Риной можешь все рассказать, когда мы будем в Пентакарре, все равно сейчас уже ничего не изменить…
Цекай его слова показались слишком циничными, но потом она подумала, что сама поступает еще хуже, ничего не говоря.
Единороги бежали галопом довольно долго, поэтому очень устали и сбавили темп. Степь вокруг нисколько не изменилось. Гладкая земля, покрытая лишь маленькими низкорослыми кустиками, скукожившимися под налетами пронзительного ветра, растянулась на несколько километров.
Где-то вдали виднелся темный хвойный лес. На открытом пространстве Цекай было немного неуютно: скрыться абсолютно негде. Правда, сначала успокаивала мысль, что и гоблинов, если что, будет хорошо видно. Но когда солнце окончательно скрылось, об этом пришлось забыть: разглядеть в кромешной тьме хоть что-нибудь было невозможно, даже свет тусклых звезд не проходил сквозь густые облака.
Цекай щелкнула пальцами, но ровный белый свет смог осветить лишь пару метров земли перед ними. Но, в любом случае, так было гораздо лучше, и вскоре Юрия тоже последовала этому примеру. Сначала темнота вокруг сильно удивляла Цекай. Ей казалось странным, что на открытом пространстве может быть так темно. Только потом она поняла: вся суть в том, что вокруг нет фонарей и горящих витрин круглосуточных магазинов, как на Земле.
Юрия и Рина негромко разговаривали, иногда к ним присоединялся Грауд. Обычно все трое вели ожесточенные споры о том, сворачивать им в Серри или нет. Видимо, непрерывное, безостановочное путешествие сказывалось на всех: пофыркивание Грауда сменилось весьма агрессивными свистом, Юрия часто переходила на крик, и Цекай уже устала призывать ее к тишине, в который раз с испугом наблюдая за тем, как ее возглас эхом разносится по степи.
Цекай вела ожесточенный бой со своей совестью. То, что она чувствовала сейчас, было совсем не похоже на тот день в детском доме. Теперь все было гораздо серьезней и опасней. Ее мысли не могли удержаться на одном месте, и вопрос о том, как рассказать обо всем Рине и Юрии, постоянно перетекал в другой:
Ночь была невероятно долгой, и Цекай не сразу поняла, что происходит, когда небо стало белеть, а в спину засветили яркие лучи восходящего солнца. Степь вокруг ничуть не изменилась, и лес продолжал печально следить за путниками. Единороги, из-за темноты всю ночь передвигавшиеся достаточно медленным шагом, снова разогнались. Грауд бежал впереди, развивая поистине страшную скорость. Устав, он переходил на иноходь. Хотя этот аллюр и выглядел как просто непринужденный бег, единорог продолжал очень быстро нестись вперед.
Утро… Холодное солнце лениво ползло по небу. Тепла от него было мало, да и света тоже, поэтому Цекай куталась в свой новый плащ, мысленно благодаря за него Юрию. Та целый день сидела на Рине, читала свою книгу или, надев толстенные перчатки, что-то плела из своего трибиса. Цекай тоже была бы не прочь занять себя «Древнейшей историей», но она понимала, что тяжелый томик в руках обеспечит ей незамедлительное падение.
Полдень…
