– Что, хороши ребятки? – Я повернулся. За моей спиной стоял улыбающийся человечек, ростом мне где-то по грудь. Румяный и пухлый, с блестящим голым черепом и седыми усами щеточкой, он задорно щурился, словно предлагал оценить шутку. Поверх военной формы был небрежно наброшен белый халат.
– Майор Гладко, начальник медслужбы, – представил весельчака Джоз.
– Чудо, а не бойцы, а? Наша работа! Могли бы и из вас такого же орла сделать, хе-хе-хе. – Гладко подмигнул и похлопал меня по плечу. – Но нет! Нас предупредили строго-настрого, что у нас в руках товар штучный. Отнестись подобающе, действовать деликатно, голову не трогать. Приказ командования – закон. Штопали лучшими нитками, самыми чистыми иголками, ха-ха-ха! Как самочувствие, кстати говоря? Ни на что не жалуетесь?
Каждое утро я заходил к ледяной медсестре и сдавал анализы, однако никаких вопросов она мне не задавала. Рутинный контроль жизнедеятельности подопытного организма, более ничего. Так что с таким искренним интересом к своему здоровью я столкнулся впервые.
– Благодарю, доктор. Вроде бы неплохо, слабость только какая-то…
– Ха-ха-ха, слыхал, Джоз? «Доктор»! Наконец-то кто-то обратился ко мне как полагается. Я уж и позабыл, что я доктор. Как меня только последнее время не называют, молодой человек. «Костоправ», «коновал», «зомбодел», «мертвоклеп»… И бог еще знает как, просто запоминать не успеваю. А слабость – это нормально. Пройдет со временем. Чего вы хотели? Мы вас и правда из могилы за уши выдернули.
– Мертвецов вы поднимать умеете, это точно. На своей шкуре испытал. Но как вы из этих героев отличников сделали? Они бы и в аду буянили, уж я их повидал…
– Есть особые способы, мой юный друг! Пришлось немного поковыряться у них в мозгах. Если таковые обнаруживались при трепанации, конечно, хе-хе. Об аугментации слышали? Очень полезная процедура! Залезаем в черепную коробку, кое-что убираем, кое-что добавляем. Вставляем кое-какие наноимпланты – и вуаля! Совсем другая персона. Ну и пара уколов моего послушинчика напоследок.
Доктор с явным удовлетворением оглядывал ряды бывших пациентов. Как будто и в самом деле вылечил их от какой-то замысловатой болезни, которую сам и открыл.
– Теперь они избавлены от неконтролируемой агрессии и страха, зато получили немало взамен. Превосходная концентрация на боевых задачах, выдающаяся реакция, феноменальная выносливость. Но всякие лишние проявления собственной воли отсутствуют. Ни к чему это баловство, уж поверьте. Нет, тактическую инициативу они, конечно, проявляют, но только в рамках полученных приказов. В известных, так сказать, границах. Результат: никаких нарушений устава, внутреннего распорядка и предписанного режима. Боже упаси!
Теперь я в полной мере оценил приказ Курбатова, спасший мой мозг от вмешательства этого смешливого бодряка. Мой дар в очередной раз меня спас. Не от смерти, но, возможно, от чего-то похуже. Впрочем, и смерть не заставила бы себя слишком долго ждать. В этом же направлении скакнула неутомимая мысль доктора, рот которого не закрывался.
– Но послушание – еще полдела. Они ведь слушаются приказов наших доблестных командиров, а к чему те сводятся? «Лезь в глотку смерти и не мешкай». Что толку от самых исполнительных солдат, если эти чертовы роботы укладывают их штабелями? Тут, чтобы успеть пользу принести, требуется отменное здоровье. Так что мы им еще кое-что вводим, чтобы все заживало как на собаках. Ноу-хау нашего санатория! Правда, есть и минусы…
Я вспомнил страшные байки Амира о Легионе и его рассказ про какую-то жижу, которая от ран умирать не дает, зато постепенно разъедает тело изнутри. Гладко на пару мгновений прикрутил ручку своей веселости и зацокал языком с показной озабоченностью.
– Да-да-да! Увы-увы. Вредная штука, последствия прискорбные. Со временем разрушает организм. Через год – еле ноги таскать будешь. Через два – почти гарантированный летальный исход. И это если не обновлять ее каждую неделю, иначе все кончится плачевно еще раньше. Но послушайте, голубчик, военная служба вообще скверно сказывается на здоровье. Что с нами всеми станет через полгода? Через месяц? Завтра? Мы затыкаем тут людьми плотину, а напор с каждым днем только сильнее…
Я украдкой посмотрел на Джоза. Тот сверлил доктора холодным взглядом, явно недовольный лишней болтовней. Но медик и не думал останавливаться.
– Конечно, если нам вдруг удастся победить, им отдадут все положенные почести. Они же сейчас на передовом рубеже защиты человечества. Его последняя надежда! Да, эти засранцы – настоящие герои! Триста засра… я хотел сказать «спартанцев», черт их дери! Пусть не по своей воле, пусть. Но на Земле полно памятников ребятам, которые умирать не напрашивались. Если начать разбираться, конечно. А задним-то числом у нас все герои! Уж мемориал на братской могиле им отгрохают что надо, я не сомневаюсь…
– У нашего доктора своеобразный взгляд на долг и армейскую честь, – холодно обронил Джоз.
