Трис проснулась на заре. Нико помог ей сесть на стул, а Ларк нацепила очки на нос. К тому времени, как она съела миску жидкой овсянки, Браяр, Сэндри и Даджа проснулись. Даже Браяр не был против овсянки. У неё был чудесный вкус. Никто из них не оставил даже ложки для Медвежонка, чьи белые космы были помыты, пока они спали.
— Были повреждения, ‑ объяснила Ларк, когда все четверо поели. ‑ Это было бы чудом, если бы их не было. Однако большая часть наших людей — в Саммерси, туда пришёлся основной удар. Розторн и Фростпайн по-прежнему достают людей из-под обвалов, а ведь минуло уже три дня.
— Кто-то пытался остановить землетрясение в Рагате, не так ли? ‑ голос Трис был едва ли громче хрипа.
— Нет, они не пытались остановить его, ‑ возразил Нико очень сухим голосом. ‑ Они знали, что пытаться остановить землетрясение — бесполезно. Досточтимый Хьюат и маги Круга Волны хотели поймать его. Они думали, что смогут запасти его, так же, как можно запасти энергию в кристалле или в шаккане, для последующего использования.
Медвежонок залаял, почувствовав вспыхнувший в Браяре гнев.
Сэндри заморгала:
— Я готова поклясться, что ты только что сказал, что они хотели поймать землетрясение.
— Дальше — больше, ‑ сказала Ларк, расчёсывая спутанные волосы Сэндри. ‑ Пока оно отражалось внутри кристаллов, в которые они поймали его, землетрясение усилилось. Наконец оно вырвалось из удерживавших его заклинаний и разошлось во всех направлениях.
— У этого Хьюата теперь будут неприятности? ‑ сверкая глазами осведомилась Сэндри. ‑ Если храмы ничего не сделают …
— Хьюат мёртв, ‑ сказал ей Нико. ‑ Он, и весь Храм Круга Волны.
Трис и Сэндри начертили на груди круг богов. Даджа собиралась презрительно сплюнуть на пол, но увидела, что Ларк наблюдает за ней, и передумала. Браяр подумал: «Лучше — Хьюат, чем мы».
«Да», ‑ хором подумали девочки, не осознавая, что говорили магически.
Они чувствовали себя достаточно хорошо, чтобы посетить уборную, хотя после этого все ощущали себя готовыми ещё вздремнуть.
— Так что, будет каждый раз, когда мы используем большую магию? ‑ потребовал Браяр, валясь на свою койку.
Нико улыбнулся:
— Чем лучше становишься, тем менее утомительным станет любое упражнение в магии. Я должен упомянуть, однако, что вы ещё очень долго не сможете легко восстанавливаться после такой магии, которую вы творили там, внизу. Я бы не подумал, что это возможно для начинающих.
— Сэндри спряла нас, чтобы сделать нас сильнее, ‑ объяснила Даджа.
Нико покачал головой:
— Когда почувствуете себя лучше, нам стоит сесть и полностью услышать вашу историю. Вы уже дали множеству людей пищу для размышлений.
— Моё любимое занятие, ‑ проворчала Трис, натягивая на плечи одеяло.
— Скоро мы перенесём вас домой, ‑ сказала Ларк четверым. ‑ По крайней мере, вы сможете смотреть на знакомые стены. - Она поцеловала каждого из них в лоб и ушла вместе с Нико.
«Мы неплохо справились, а?» ‑ упал обратно на подушка Браяр.
«И нам очень-очень повезёт, если мы больше никогда не будем так неплохо справляться», ‑ возразила Даджа.
Их отпустили на следующий день и отвезли на телеге в Дисциплину. Они добрались до входной двери, но лишь едва-едва. Трис и Даджа были благодарны за то, что для них установили койки в главной комнате. Выпив травных настоев Розторн, вдыхая запах летнего сада, доносившиеся через каждые дверь и окно, все четверо почувствовали себя значительно лучше. Где-то через день они начали приводить коттедж в порядок. Он получил встряску, и хотя почти ничего не разбилось, редкая вещь была на своём месте.
Как только смогла, Даджа взобралась по лестнице в свою комнату. Как она и предполагала, алтарь упал, разбросав образа и благовония по полу. Её ящик стоял у подножья кровати, и выглядел как прежде. Сначала Торговка позаботилась о
— Он спас меня дважды, ‑ объяснила она богам и своим предкам, восстанавливая алтарь. ‑ Мне надо было вернуть долг, ‑ если они были недовольны, тем, что она не позаботилась о них в первую очередь, они этого не показали. Она и не думала, что они будут возражать.
Первым действием Сэндри, когда она оказалась дома, было положить её зелёное веретено на полку. Рядом с ним она поместила нить с четырьмя комками на ней. Она каким-то образом свила свои концы вместе, когда Сэндри пряла на ней под землёй, образовав кольцо. Невозможно было сказать, где соединились концы: круг был ровным, и четыре комка были распределены по нему равномерно.
Как только она смогла ходить, не чувствуя себя так, будто вот-вот растечётся по полу, она прибрала мастерскую Ларк. Сама Ларк была в ткацких мастерских, помогала исправлять повреждения там. Уборка была для Сэндри в радость, особенно потому, что она теперь могла призвать к порядку любые непокорные шерсть, шёлк, лён или хлопок.
