Глебка очень любил слушать музыку. Бывало, бежит по тропинке по своим делам, а на улице оркестр репетирует. Глебка тогда замирает на месте, глядя на музыкантов, а потом как начнёт лапками махать! Дирижёру подражает. Нет-нет да собьёт с ритма скрипача или трубача. А дирижёр, строгая ласточка по имени Ольфан, тогда обернётся и погрозит Глебке крылом: не мешай!
А мама Леся любила включить телевизор на музыкальном канале, только там показывали не оркестры, а группы. Три, четыре или пять обезьянок собирались в такие группы, играли на барабанах и разных гитарах и пели песни, потряхивая длинными волосами и корча смешные рожи. Глебка смеялся, подпевал и завидовал. И как-то раз он подумал: а чем он сам хуже обезьяны?
– Мам, а чем я хуже обезьяны? – спросил Глебка.
– Ты гораздо лучше любой обезьяны, – ответила енотиха.
– Тогда я уж точно смогу сам собрать свою музыкальную группу!
И Глебка стал бегать в гости ко всем своим друзьям и звать их в группу. Тощий белый пёс Крапиц равнодушно согласился, он часто скучал и выл на луну и был рад всякому занятию. Красавица кошечка Мари была очень ленивой и волновалась за маникюр на коготках, но согласилась, когда Глебка пообещал раздобыть ей новые серёжки. Согласился и свин Барберот – он был гордый и важный, и Глебка сказал ему:
– Без тебя у нас ничего не получится!
Барберот раздулся от чувства собственной важности и величественно кивнул.
Осталось только найти инструменты. В их маленьком городке ничего похожего не продавалось. Мама Леся сказала, что можно заказать по почте, но это стоит так дорого, что даже всем городом не получится собрать столько денег. Тогда Глебка решил пробежаться по улицам и посмотреть по сторонам: вдруг попадётся что-то подходящее?
Вот Глебка бежит, бежит, головой вертит, смотрит: бутылка стеклянная лежит! Постучал по ней коготком: как звучит! Вот и инструмент для ленивой кошки. С таким инструментом можно половину песни дремать, а потом: дзын-нь! Ещё полпесни дремать и в конце опять: дзын-нь! Глебка взял бутылку и побежал дальше.
Бежит Глебка и видит: гребешок лежит на подоконнике. Поскрёб по нему коготком. Такой приятный скрип! Если так тихонько скрипеть, то музыка будет гораздо интереснее. Псу Крапицу придётся по душе такое занятие, он не любит делать много шума.
Енотик прыгнул на подоконник, взял гребешок, смотрит, – а в доме несколько кастрюль, да такие, что загляденье! Можно сделать свину Барбероту настоящую барабанную установку, как у обезьян из телевизора. Отбивать ритм – это очень важно, на нём держится вся песня. Барберот будет гордиться.
Глебка кастрюли по одной оттащил себе во двор.
Вот только не было у него никакой гитары. Где же её взять? Стал Глебка думать. Гитара звучит, потому что у неё есть струны, и они очень туго натянуты. Что бы найти похожее? Енотик повертел головой и увидел бельевые верёвки, протянутые от одного дерева к другому. Вот и гитара! Снял Глебка всё бельё, бросил в кучу, вбил в землю два колышка и, нарезав верёвку на кусочки, натянул себе шесть струн, как на настоящей гитаре.
И позвал друзей на первую репетицию.
Песню Глебка ещё не придумал, поэтому решил петь просто «ля-ля-ля». Крапиц обещал подпевать ему: «Ууууу!» Мари тоже захотелось петь, поэтому она решила время от времени выводить музыкальное: «Мя-ау!»
Друзья сели за свои инструменты, Глебка махнул рукой, и по его команде началось: Барберот стал дубасить по кастрюлям так, что расчёску Крапица никто не слышал, енотик самозабвенно дёргал струны, у которых у всех была почему-то одна и та же нота, а Мари звенела бутылкой, и пела:
– Мя-а-ау!
А Глебка вторил:
– Ля-ля-ля-а-а-а!
И Крапиц подвывал:
– У-у-у-у-у!
Такой концерт устроили зверята, что все соседи сбежались посмотреть, что у Леси во дворе происходит. Друзья заволновались и давай стучать, скрипеть и звенеть ещё громче и выть, и мяукать, и лялякать ещё протяжнее.
– Так вот где моя бутылка! – воскликнула корова с соседней улицы. – Я собирала в неё молоко.
– Так вот где мой гребешок! – изумилась белоснежная лошадь. – И мои кастрюли!
– Так вот где моя верёвка! – ахнула енотиха Леся. – Глебка, что ты натворил!
Глебка, Крапиц, Мари и Барберот смутились, и концерт закончился.
– Что же ты не сказал, что это всё чужие вещи? – спросили у Глебки друзья и, отвернувшись, ушли обижаться по своим домам.
Корова и лошадь взяли бутылку, гребешок и кастрюли и понесли их на свою улицу, громко возмущаясь. За ними пошли и остальные звери, ворча и то и дело оборачиваясь на Глебку.
Енотик Глебка расстроился, сел на землю и стал ждать, что мама тоже будет его ругать.
А мама Леся сказала ему:
– Помоги мне развесить бельё, Глебка.
Она стала развешивать бельё на струны между двумя колышками, и Глебка стал ей помогать.
– Ничего страшного, Глебка, так даже удобнее, – сказала Леся. – Хорошая у тебя получилась сушилка. Красивая и занимает меньше места. Вот увидишь, все будут нам завидовать и тебя попросят сделать им такие же.
Енотик робко улыбнулся. Какая же добрая у него мама!
– Я сейчас побегу и всем такие сделаю! – воскликнул он. Ему так хотелось исправиться.
