– Божественность не наследуют, а приобретают, – ответила она, и зеленое пламя окружило ее руки.
С печальным вздохом Инеррен применил давно заготовленный прием. Нырнув в тени, плясавшие по всему залу, – светильники качались из стороны в сторону, свет их был неровным, так что теней было вполне достаточно, – он отбил пару выпадов, как ничего не значащие потуги ученика-колдуна, а затем, оказавшись вплотную к Айре, нанес короткий и четкий удар. Шар Теней коснулся виска Синей Колдуньи, и она мягко упала на руки чародея.
– Ланс, сюда! – выкрикнул Инеррен.
Рыцарь вмиг оказался рядом – и правильно сделал, иначе остался бы в этих краях навек. Чародей речитативом пробормотал заклятие:
Перемещение было гораздо более долгим, чем обычно. Вместо трех-четырех мгновений, ледяные объятия Бездны держали их почти две минуты, так что Инеррен едва не задохнулся. Но и это испытание осталось позади; оранжевые лучи арканского солнца показались чародею жарче адских костров, только куда более приятными.
Кивнув Ланселоту, он отпустил рыцаря, освободив его от обязанностей Защитника. Затем, осторожно сняв с головы Айры зеленый обруч, Инеррен влил в неподвижное тело немного энергии. Девушка открыла глаза.
– Думаю, ты осталась мне должна, – подвел черту чародей.
– За что? За спасение от Шана?
– Нет, за то, что я вытащил тебя из Пределов.
– Какие еще Пределы?
Инеррен понял, что Айра ухитрилась забыть все, что произошло с того момента, как она нацепила Диадему. Прекрасно, это его вполне устраивало.
– Не обращай внимания. Тут имеется еще одно дело…
– Это точно, – послышался голос Рэйдена, и Бог Судьбы собственной персоной оказался перед ними. – Итак, Артефактом сейчас завладела Синяя Колдунья. Назначь свою цену.
Волшебница задумалась.
– Немного позже, лорд Рэйден, – сказала она. – Когда я надумаю продавать Диадему, к тебе я обращусь в первую очередь. Обещаю.
– Договорились, – усмехнулся Бог Судьбы и удалился обычным способом в облаке искр и энергетических разрядов…
Через некоторое время, когда они вернулись во Двор Хаоса, Инеррен вспомнил один момент, немного беспокоивший его, и поинтересовался:
– Кстати, что в точности имел в виду Беел-зебуб, когда говорил об обычной цене?
Айра устроилась поудобнее.
– Тут дело в моей репутации. Понимаешь, в Преисподней я довольно-таки известна.
– Я заметил. Тут тебя, кажется, каждый демон знает.
– Это чем-то напоминает ситуацию с Манд
– С кем?
– Мандор – это тот, кто устроил твою встречу с Богами Судьбы и Игру. Ты не знал его имени? Ну, неважно. Короче, когда Мандор наведывается в Преисподнюю, все ее обитатели стараются заранее получить вести о его визите и всеми силами избегают встреч с ним. Ко мне же они, напротив, униженно ползут на брюхе, только бы заручиться моей поддержкой.
– Поддержкой в чем?
– Ну, тут целая история…
Заключалась эта «история» примерно в следующем: вся Преисподняя играла в одну странную игру, связанную со статусом и положением в «обществе» – обществе себе подобных, разумеется. В какой-то степени это напоминало Игру Судьбы; правила были проще, зато ситуации порой складывались такие, что ни одна Доска Судеб не вместила бы подобной позиции. И Синяя Колдунья благодаря этой самой Игре заняла очень важное положение, которое с наречия Преисподней приблизительно переводилось как «независимый мастер-консультант». В общем, если один из игроков заручался ее поддержкой, то спокойно мог поставить на выигрыш все свое состояние, даже если ставки в пользу его противника были сто к одному.
– …так что «обычная цена» Беел-зебуба – это как раз мое обещание оказать ему поддержку на ближайший раунд Игры.
– Ясно. А он что, без тебя не справится? – спросил чародей. – В моей книге было сказано, что он – Верховный Лорд Ада; все остальные, сколько их там есть, – его подчиненные…
– Это так. Но он сейчас не в лучшем положении.
– Да ты что, следишь за Игрой каждую минуту?
– Когда я в ней – да, иначе нельзя. Однако сейчас мне даже не нужно этого делать, коль скоро я знаю, что он в данный момент управляет Домами Боли…
Дома Боли, оказывается, не имели постоянного хозяина, являясь только одним из обособленных, но очень важных участков ада. Потому Лорды-Демоны по очереди брали на себя обязанности по руководству этим «отделением» и, разумеется, всю ответственность за его правильное функционирование…
– А, так ты хочешь сказать, что будет вполне в стиле Игры подстроить какую-нибудь каверзу тому, кто правит в настоящий момент Домами Боли?
– Точно, – кивнула Айра, – и, если бы в деле не была замешана я, вряд ли Беел-зебуб выполнил бы нашу просьбу. Он рискует положением. Если Шан не будет возвращен в Дома Боли к сроку, это непременно заметят. В аду состоится внеочередное собрание, на котором уже будет решаться, достоин ли вообще Беел-зебуб своего нынешнего статуса. И его вердикт почти стопроцентно предопределен.
Так-так. Опять возвращаемся к этому оборотню.
– Не нравится мне это, – заметил Инеррен.
– Что?
