Тот потёр руки. Главный повар Спирального Круга, надёжный источник как еды, так и лакомств, был его самым любимым посвящённым — после Ларк и Розторн.
- Сразу возвращайся назад, - строго наказала Розторн. - Дощечку и мел, пожалуйста.
Он нашёл и то и другое, и передал ей.
- Тёплое козье молоко — именно козлиное, коровье молоко им слишком трудно переварить — с чуточкой мёда для подслащения, для начала. Можешь взять их в погребе, - сказала она Трис. - Подогрей молоко на маленькой сковородке. Достаточно, чтобы капля на запястье чувствовалась тёплой, но не горячей. Если обожжёт тебя — обожжёт и его.
Трис побежала исполнять.
- Возьми одну из глубоких корзинок и чистой соломы, - приказала на Браяру. - Положи их на стойку, - она закончила писать Горсу, пока мальчик искал необходимые предметы. Передавая ему дощечку, она сказала:
- Не беги по жаре, но и не плетись.
Браяр кивнул и ушёл.
Трис быстро поставила козье молоко и мёд подогреваться на очаг. В отличие от остальных трёх, которые оставляли после себя беспорядок и воспринимали простые задания как тяжёлую работу, Трис занималась работой по дому с тех пор, как выросла достаточно, чтобы видеть поверх столов. Каждый родственник, с которым ей приходилось жить, ясно давал ей понять, что ей следовало отработать своё содержание. Она бы никогда в этом не призналась, но в эти дни, заполненные уроками магии и медитации, ей нравилась тихая и однообразная работа — протирание пыли, стирка, и даже немного стряпни — которая производилась в коттедже.
Когда козье молоко стало достаточно тёплым, она отнесла его в мастерскую Розторн.
- Поставь сюда, - приказала та. «Сюда» оказалось плетёным из соломы поддоном. Розторн как раз клала чистую солому в корзину с закруглённым дном. Она стояла на деревянном каркасе, который не позволял ей перекатываться на бок. - Я сделала их несколько лет назад, когда обнаружила, что даже если я не нахожу птиц, кто-то ещё приносит мне осиротевших птенцов. Им нужна поддержка на груди и ногах — корзина с плоским дном и прямыми стенками не подходит.
Трис лишь уставилась на женщину. С момента своего заселения в Дисциплину она боялась острого нрава, и ещё более острого языка Розторн. Ларк и Розторн были лучшими подругами, и Браяр любил свою наставницу, но Трис даже догадаться не могла, за что. Было ли это лицом, которое видели Браяр и Ларк, когда больше никто не смотрел?
- О... откуда ты столько знаешь про птиц? - запинаясь произнесла она. - У … у тебя есть какая-то связанная с ними магия?
Розторн подвела пальцы под птенца, который запищал в ответ на вторжение, потом опустила его в свежее гнездо:
- Никогда не сжимай их. Их кости, и даже клювы, ещё слишком мягкие.
- Я запомню.
- Не у всякого, кто что-то любит, есть связанная с этим «чем-то» магия, - сказала Розторн, окуная палец в молоко. - Очень хорошо — в точности нужная температура. Возьми вон ту чистую тростинку. Делай так же, как я делала со снадобьем — давай ему только по одной-двум каплям за раз.
С дрожью в руках Трис опустила конец тростинки в молоко, закрыла свободный конец пальцем, и подняла её. Убрав палец с отверстия, она посмотрела, как всё молоко вытекло. Попробовав снова, она убрала палец, а затем быстро закрыла отверстие опять. Теперь она контролировала, сколько именно жидкости вытекало, и могла давать её по каплям, а не струёй. Наполнив тростинку в третий раз, она заглянула в гнездо.
Птенец пищал. Стал ли его писк громче? Она помолилась Асайе, богине воздуха и птиц, и позволила двум каплям упасть в открытый клюв. Птенец от неожиданности закрыл клюв и покачнулся. Затем поднял голову и потребовал добавки.
Пока Трис кормила птенца, Розторн сказала:
- Садовники — фермеры — изучают птиц, хотя бы для того, чтобы знать, какие едят их посевы, а какие — нет. Я начала заниматься птенцами в твоём возрасте, на ферме моего папы. Ладно, достаточно. Он немного поспит, но тебе лучше быть готовой подогреть ещё одну партию молока.
- Каждые пятнадцать минут? - Трис подумала, как она будет делать что-нибудь ещё, если ей нужно присматривать за своим подопечным.
- Пока он не окрепнет. Если он поправится, то мы сможем перейти к кормёжке раз в пол-часа уже после обеда. Если всё будет идти хорошо, то где-то через день ты сможешь ждать до часа.
Трис сглотнула:
- А как я буду спать?
- Дурочка! Разве воробьи и вороны носятся повсюду всю ночь? Птенцы спят вместе с солнцем. Идём, - она подошла к двери, которая выходила в сад, и поманила Трис.
- Видишь вон ту птицу на крыше колодца?
Трис увидела его, красивого коричнево-чёрного, взъерошивавшего перья на подбородке и громко свистевшего. На вид он был длиной с её ладонь, с жёлтыми ногами и остро выглядевшим клювом. Когда он повернулся, его перья заблестели на солнце, показав множество маленьких пятнышек.
- Скворцы. Их так называют, потому что они похожи на звёздное небо [2]. Поедатели насекомых и клоуны. Они имитируют других птиц — многие из местных кричат как чайки. Они сбиваются в большие стаи, которые можно видеть кружащимися ближе к концу дня. К скворцам у меня слабость.
