Трис последней из детей ушла спать, сказав Эймери спокойной ночи — он единственный всё ещё бодрствовал — после того, как её птенец получил последнюю на тот день кормёжку. Она откладывала отход ко сну частично потому, что не хотела подниматься на чердак. Частично потому, что она слушала рассказы Эймери о его учёбе в университете; к её облегчению, после того первого их разговора он больше не упоминал её отца. Частично из-за плотного тумана, который окутал коттедж, заглушая даже шум, производимый текущим от Северных Ворот потоком беженцев. Трис ненавидела быть в здании во время тумана. Она хотела быть снаружи, ходить внутри облака, которое сумело спуститься к ней.
«А что если они запустят ещё бомб, несмотря на туман?» - подумала она, забираясь на последнюю ступеньку лестницы, ведущей на чердак. «Хорошая идея — быть на открытой местности и получить по голове одной из этих штук!»
Она посмотрела на потолочные доски, поверх которых лежала солома. Выдержит ли крыша попадание одной из этих штуковин? Наверняка не лучше, чем палуба галеры, в которую попали этим утром. «Шурри Огненный-Меч, защити нас», - подумала она, поспешив в свою комнату. «Торговец и Счетовод, Ловкач, мне всё равно, кто, держите эти штуки от нас подальше!»
— А ты не спешила, - сказал Браяр из тени под её окном. На секунду она так испугалась, что чуть не упала в обморок. Шаря одной рукой, она нащупала таз для воды — и запустила им в Браяра.
Тот пригнулся. Таз загремел по полу.
— Трис? - устало отозвалась снизу Ларк.
— Прости! - воскликнула та.
Браяр поднял таз, осматривая его:
— Теперь у тебя вмятина.
— Мне в тебе следовало сделать вмятину, - зашипела она.
— Ты пыталась, - блеснули его зубы темноте. - Ты промахнулась.
Трис осторожно положила своего птенца — который даже не пискнул, когда она кинула таз — на стол. Найдя огниво, она дрожащими руками зажгла свечу.
— Как ты сюда пробрался? - потребовала она, пытаясь говорить тихо.
Браяр зевнул, и указал на окно. Трис поняла. Она не раз покидала комнату, спрыгивая на подушки, удобно уложенные на крышу мастерской Розторн, а потом спрыгивая на землю. И если такое нескладное существо, как она, могло сделать такое, то кто-то вроде Браяра легко мог вскарабкаться в обратном направлении.
— А ты не слишком устал для этого?
— То, что я хотел тебе сказать, не может ждать.
— А я говорю — может. Выметайся.
— Послушай, Меднокудрая — с твоим кузеном точно что-то не так. И не надо больше в меня ничего кидать; взрослым нужно отдохнуть.
С секунду она беззвучно открывала рот. По комнате загулял ветер, заставляя колыхаться драпировки на стенах. Она обхватила гнездо пальцами, чтобы оно не упала, и наконец произнесла:
— Как ты смеешь! Как …
Он встретился с ней взглядом; слова рассыпались пеплом у неё на языке. Это был Браяр. Они помогли друг другу выжить во время землетрясения, и вместе наблюдали, как рождаются облака. Она только начала учить его читать, но уже могла сказать, что ему это будет нравится так же, как и ей. Сегодня утром он не дал ей упасть со стены.
— Пожалуйста, скажи, что ты шутишь, - прошептала она, и тяжело опустилась на кровать.
Теперь, когда она успокоилась, он сел рядом с ней и рассказал о своих находках.
— Откуда у него деньги? - спросил он, закончив. - Такие вещи, как у него, на стипендию не купишь …
— Что тебе знать о стипендиях? - спросила она, пытаясь заплести непослушные волосы. Ветер снова задул, вырывая локоны у неё из рук.
— Я чётко усвоил, что не стоит лезть в карманы студентов, - сказал он. Волоски у него на шее начало покалывать. Здесь творилось что-то ещё, помимо поднявшегося ветра. - У них почти никогда не было даже пары медяков — если что и было, они тратили это на книги, - когда она промолчала, он продолжил. - Судя по тому, что ты говоришь о своей семье, они не стали бы платить лишку никому, даже своему будущему магу, пока он не доказал свою полезность. Так откуда у него деньги? И может быть он говорит, что приехал на несколько недель, но багаж у него совсем не такой.
— Он мог оставить другие вещи на хранении в доме для гостей, - уныло произнесла Трис, пытаясь отвергнуть его слова. Сердце ухало в её груди. Кожу покалывало и щекотало. В тот момент она ненавидела Браяра за то, что он всё это ей рассказал, за его уверенность.
— Бьюсь об заклад, это его я видел на лестнице в Оси, с заклинанием невидимости — но зачем он там был? Бьюсь об заклад, что то, что разбило всё в помещении для видящих, поместил туда именно он.
— Ты не видел лица. Это мог быть кто-то другой, - почему он не пошёл прямо к Нико или Розторн? Ощущение щекотки на коже усилилось. Теперь она чувствовала, как пульс бьётся в венах у неё на шее.
— И зачем прокрадываться на кухни? - спросил Браяр.
— Только не говори, что Горс заметил бы кого угодно сегодня в этом сумасшедшем доме.
— Горс замечает. Он … - Браяр зевнул, глянул в окно — и замер.
Тонкий трёхпалый разряд молнии пробирался по подоконнику подобно руке, пытающейся найти, за что ухватиться. В воздухе почувствовался запах палёной древесины.
