– А-а-а, всё понял! Вы хотите на сторону продать мою великолепную почку! Не выйдет, жулики! Я лучше сам её продам, когда срок подойдёт кредит отдавать!
– Ну да, ну да, посмотри сам на свою великолепную почку. Она же уже в два раза больше другой своей сестры! И не подумай, что её теперь в два раза дороже можно продать – здесь у нас не мясной ряд на рынке.
– Ладно, убедил, душегуб! Только смотри, если обманул, тебе же потом стыдно будет!
– Да век воли не видать!
Я откинулся на спинку каталки.
– Ну вот и славненько, вот и славненько! Завтра же и оформим это дельце! – засуетился, потирая повлажневшие ладошки, доктор и зычно кинул кому-то:
– Везите его в палату и готовьте.
Пока я лежал в палате, позвонил похвастаться друзьям, а они меня пытают:
– А ты, старый пень, хотя бы поинтересовался, какая это будет операция?
– Сами вы тупицы! Говорю же, почку мне вырежут!
– Ладно, ты только не волнуйся. Скажи, тебе при этом полностью брюхо распорют или это будет лапароскопия?
– Лапаро… что? Ну откуда я знаю? Я же литератор, а не хирург!
– Вот узнай, пожалуйста. И, если не лапароскопия, не соглашайся. И ещё. Смотри там, проследи хорошенько, чтобы тебе вместо правой левую почку не удалили. А то это у них самая частая ошибка.
Оказывается, при удалении почки, если обычную операцию делают, то человека просто пополам разрезают, как исстари любят делать фокусники, лапароскопия же более щадящая.
Задумался я во второй раз за этот день, а тут ко мне в палату сам доктор пожаловал и рассказал про разные виды операции. Как будто под дверью подслушивал, но он ведь русского языка не знает. И заявил, что он будет делать обычную операцию, то есть пополам разрезать.
– Ах, так! – вспомнил я наказ друзей, – Тогда я не согласен!
Доктор не обиделся и не удивился, но засобирался, сославшись на занятость. Наскоро попрощавшись и пожелав мне удачи, он вышел из палаты и велел медсёстрам вытащить из моей вены катетер и проводить меня до лифта. И чтобы духу моего здесь больше не было!
Зато другой катетер оставили, и побрёл я с двухлитровой ёмкостью в руке, куда вместо мочи весело струилась кровь, делая моё лицо всё белее и одухотворённей.
Жена моя с машиной уже ждала внизу.
И вот я в другом госпитале, где мне пообещали лапароскопию. Тут тоже мешкать не стали – операция срочная. Сказали отдохнуть денёк дома и к семи утра приходить.
Пришёл я к семи утра, а они мне говорят, что в госпиталь абы кого не пускают, сначала надо тест на ковид сдать. Я говорю:
– Вы что, сдурели? Я к вам не на вечеринку, а на операцию пришёл, между прочим!
– Ничего не знаем, такой порядок!
– Да пожалуйста, мне не жалко!
Ну, сделали тест. Подождали немного, а потом и говорят укоризненно:
– Ну вот, сэр, результат-то положительный!!!
– Ну и что мне теперь, домой идти?
– Нет, подождите! Давайте ещё раз попробуем.
– Ну пробуйте-пробуйте. Отчего ж не пробовать, если у вас рабочее время!
А там, небось, хирург в вожделении все ножи на нет сточил, анестезиолог, поди, весь материал уже на себя перевёл от волнения, а медсёстры пока друг на дружке тренируются.
Вторая проба нашу жизнь не разнообразила. Они давай звонить хирургу, дескать так, мол, и так, больной-то неблагонадёжный. Что делать будем?
– Что делать, что делать?! Давайте его сюда немедленно!!! – прорычал кровожадный хирург.
Я попытался укорить их:
– Зачем же вы мне, собаки, дважды тест делали, если всё равно уже твёрдо зарезать решили?
Тут кто-то из толпы собравшихся крикнул:
– А чего с ним разговаривать, валите его на каталку, ребята!
Меня свалили и повезли. Сначала в палату привезли, где я буду реанимироваться. Если, конечно, из операционной меня не вперёд ногами вывезут. Дорогой я их уговаривал не перепутать и вырезать мне именно правую почку.
– Вы, ребята, для верности, чтобы не ошибиться, мне на правую руку бирку повесьте!
– Лежи-молчи, а то мы тебе раньше нужного на правую ногу бирку повесим.
Палата мне понравилась, светлая, со всякими пультами управления кроватью, телевизором и медперсоналом, который незамедлительно пожаловал знакомиться. Я их всех попросил не перепутать мне почку. Они обещали, но каждый из них почему-то интересовался, как меня зовут, хотя моё имя было написано на двери моей палаты, в ногах моей кровати и чуть ли не на лбу.
Наконец за мной пришли и прямо с кроватью куда-то повезли. Возчиков было двое, они оказались очень любознательными, и каждый из них по два раза спросил у меня моё имя, на что я напомнил, что больная почка у меня правая. Завезли меня в лифт, а там оказалась попутчица. Она открыла было, рот, чтобы спросить, как меня зовут, но я опередил её:
– Правая!!!
Понял я, что они тоже очень опасаются перепутать, только не право-лево, а пациента.