«Самое смешное, что она настоящая. Фи, она настоящая. Это сапфиры, изумруды и рубины. Дорогая брошь для делового утра», – смеясь, заметила моя приятельница, когда я ей описал наш первый урок с ньюсмейкером. Приятельница знала эту пару и продолжила свой комментарий: «Вы не понимаете, она брошью посылает сигнал, как и Мадлен Олбрайт. Эта нацепляет дешевую демократическую голубку, чтобы показать миролюбие, а та богатой брошью обозначает цену, стоимость своего консалтинга. Приглядитесь, он наверняка делает то же самое».
И действительно, молчел невзначай и очень элегантно выпрастывал руку, демонстрируя манжету с бриллиантовыми запонками, а под нею часы – не спрашивайте, какие, и почем был овес, я часов отроду не носил и ничего в них не понимаю. Но элегантность движения, как бы случайного, меня поразила. Молчел был слободским в анамнезе, с мясистыми чертами, проступавшими сквозь стертый офисный облик, но рука от многократно повторенных механических движений стала воистину выразительной: короткие толстые пальцы, широкая кисть, уже приученная к великосветской небрежности.
Богатый и даже очень богатый ньюсмейкер все три дня принимал нас в свитере, тонком, под горло, один день в сером, другой – в коричневом, третий – в темно-зеленом. Под свитером, наверное, имелась футболка или майка, по крайней мере, рука его была совершенно голой – ни часов, ни запонок, ни браслета, ни перстней, ни даже обручального кольца, ни одного знака. Школьный учитель, одетый никак, чтобы не привлекать к себе внимания и не смущать учеников, слушает, как они отвечают ему урок.
В сущности, так оно и было.
«Сноб» опубликовал свой шорт-лист. По разделу Театр там Тимофей Кулябин с «Тангейзером», который оскорбил в религиозных чувствах множество людей, спектакля не видевших. Так они изловчились. Теперь другое заочное множество, будем надеяться, даст «Тангейзеру» премию. Великую формулу «Я Пастернака не читал, но скажу» пора обогащать. Не всегда же за первой частью должно следовать гав-гав-гав. Пусть, наконец, прозвучит ми-ми-ми.
Всякий раз, как похвалишь кого-нибудь из наших современников (писателя, режиссера, музыканта), наткнешься на гордое возмущение: кто эти люди? – за МКАДом их никто не знает. И эта сверкающая очевидность кажется негодующему козырным тузом: ваша дама бита.
Дорогие мои, не все писатели, режиссеры, музыканты избираются в Государственную Думу, и не все отвечают перед электоратом. У некоторых есть другой Судия. Дух веет, где хочет, и если ему больше нравится Садовое кольцо, никто ничего с этим поделать не сможет. Замкадность это не вечная ценность, а только местоположение. За МКАДом и Пушкина не все знают. И что теперь, удавиться?
У либеральной интеллигенции тьма недостатков, которые для меня всегда были очевидны, я о них много писал в девяностые годы и в начале двухтысячных, и сейчас иногда прорывается. Это легкий хлеб: все здесь на поверхности, и охотников до такого чтения много – возмущенное бульканье и кипяток восторга гарантированы. Но это странное нынче занятие. Тут лернейская гидра, у которой пятьдесят тысяч голов и сто тысяч шей, пускает яд и твердит про свою народность, а ты клеймишь вон того индюка за то, что плюется косточками.
P. S. «Тристана» Бунюэля начинается с того, что главный герой, стареющий и благородный, конечно, презирающий церковь и государство, видит, как мимо него пробегает вор с только что обретенной добычей, следом появляются полицейские с вопросом, куда побежал разбойник, и герой, не раздумывая, направляет их в противоположную сторону. Действие происходит в Испании, в двадцатые годы. Это я к тому, что такое «либеральная интеллигенция». С разными поправками на национальную специфику она существует повсюду в Европе с конца XIX века и по сей день. А то тут у меня в комментах пишут, что это моя выдумка, нет никакой «либеральной интеллигенции». Прямо по Булгакову – чего ни хватишься, ничего нет.
Пару дней назад «Сноб» обнародовал свои номинации, а теперь это сделал журнал «Интервью». Там по разным традиционным разделам проходят разные замечательные люди, за которых стоит проголосовать. Но сказать я хочу про раздел Публицист online, который про нашу фейсбучную жизнь. В нем оказались Роман Супер, Нахим Шифрин, Вера Полозкова, Татьяна Толстая и я.
