Книжная лавка полностью

– Я бы, пожалуй, тоже хотел почитать «Банти», – выдал он вдруг, и Флоренс объяснила ему, что в задней части дома в кладовой лежит огромная стопка этих комиксов, но дать ему хотя бы один из них без разрешения Кристины она никак не может, а занятия в школе закончатся не раньше половины четвертого.

После шести месяцев торговли, по расчетам Флоренс, у нее имелось нераспроданных книг на 2500 фунтов; по неоплаченным счетам ей были должны около 80 фунтов; а текущий баланс в банке у мистера Кибла составлял всего чуть больше 400 фунтов – то есть ее рабочий капитал был равен примерно 3000 фунтов. Питалась Флоренс в основном чаем, печеньем и селедкой и почти ничего не тратила на рекламу, разве что повесила объявление в приходском магазине – исключительно из уважения к викарию. Себе она по-прежнему платила двенадцать шиллингов шесть пенсов в неделю, по праздникам прибавляя еще тридцать шиллингов. Никому из покупателей она скидок не делала; скидки допускались только в случае приобретения книг для начальной школы. Развозка и рассылка тоже осуществлялись совсем не так, как в магазине Мюллера. Собственно, жители Хардборо привыкли прихватывать с собой посылки, отправляясь куда-либо на автомобиле или велосипеде, и как-то само собой получалось, что почти любой, а не только услужливый Уолли мог стать для Флоренс потенциальным курьером. А сегодня она и сама, поскольку магазин закрывался рано, была намерена выполнить эту функцию – с помощью перевозчика перебраться на тот берег Лейз и вручить тридцать экземпляров «Краткого определителя диких растений» представительницам «Женского института». Вспомнив об этом, Флоренс взяла самую верхнюю книжку в стопке новеньких справочников и поискала среди иллюстраций то сочное растение, которое показывал ей Рэвен на болотах. Однако о нем в этом справочнике даже не упоминалось.

А миссис Гамар вскоре действительно заглянула в книжный магазин. Это произошло недели через две после того, как Флоренс вновь открыла свою библиотеку. Ее открытие на сей раз, к счастью, сопровождалось куда меньшим ажиотажем – казалось, подписчики научились хоть как-то себя сдерживать; чем дальше, тем спокойнее становилась и сама атмосфера выдачи книг.

Кристина очень быстро усвоила всю нехитрую библиотечную премудрость и даже успела выучить имена всех подписчиков, даже тех, что в Хардборо не проживали и ранее были ей не знакомы. Она классифицировала их по характерным признакам – миссис Родимое Пятно, майор Апчхи и так далее; примерно так же определял своих животных и Рэвен, который никогда бы не спутал «родных» коров с приблудными. Впрочем, Кристина отлично помнила и «правильные» имена подписчиков, а также названия тех книг, которые они заказывали; прекрасно знала она и то, что им действительно могли в данный момент предложить в библиотеке, – во всех этих делах маленькая помощница Флоренс была просто непогрешима. Вот только желание всегда быть справедливой и беспристрастной делало ее, пожалуй, излишне суровой. Теперь библиотека начинала работать только после того, как у Кристины заканчивались занятия в школе; она к тому же ввела некие дополнительные строгие нормы поведения: в частности, разрешалось только смотреть издали, какие книги выбрал себе тот или иной человек.

Погода поздней осенью стояла отвратительная, и поход в библиотеку превращался для местных пенсионеров в единственно возможную прогулку – как для тех, кто приходил пешком, так и для приезжавших на велосипеде или автомобиле; охотно посещали библиотеку и те, кто либо работал неполный день, либо вообще вынужденно бездельничал. Эти, похоже, были готовы без особых жалоб и возражений брать книги категории В и даже С.