Жидкость в котлах начала замедлять свое кипение, а затем вообще остановилась. Зельевар, малость придя в себя заметил, что время вокруг котлов будто превратилось в кисель и теперь пузырьки кипящей жидкости лопались на поверхности со скоростью улитки. Вампир, шустро спрыгнул с высокой платформы, с которой он мешал зелье в своем зеленом медном котле и подбежав к Снеййпу усадил его в кресло у входа. Затем, открыл дверь, чтобы впустить свежего воздуха. Сам мужчина присел на корточки рядом и похлопав мага по щекам заглянул в его глаза.
— Северус, приходи в себя! — проворчал он. — Только не отрубайся! Я один, это нормально не доварю, а временной парадокс скоро рассеется!
Мысли зельевара были вялыми, но он все же нашел силы отругать себя за неосторожность. Ведь читал же в рецепте что пары закрепителя токсичны и вызывают дурные воспоминания, перерастающие в галлюцинации. Но почему-то и не подумал перестать дышать или хотя бы наколдовать головной пузырь. Поверил, что ему, как мертвецу ничего не грозит? Он ведь не какой-то школьник, чтобы так опозорится! Тем временем, вампир поднял зельевара за плечи и вывел наружу усадив в быстро добытое из лаборатории кресло.
— Давай, продышись, Северус! Черт бы побрал твою самоуверенность! Чего ради, ты вытворил такую глупость?
— Устал, наверное, — холодный воздух коридора немного выдул из головы дурман, и он взмахнул палочкой, создав вокруг головы чары головного пузыря. — Всё я готов!
— Ох, — вздохнул Максимус покачав головой. — Вот так вы маги и гибнете, не смотря на долгожительство. Экспериментируете без защиты и умираете, не прожив и сотни лет. — Максимус заворчал — Ладно бестолковые смертные, но ты то чего решил игнорировать технику безопасности? — он осторожно коснулся руки Снейпа и внимательно вглядываясь ему в глаза и уже без ворчания негромко спросил. — Как ты себя чувствуешь? Голова кружится? Слышишь звуки, которых не должно звучать?
Снейп отрицательно качнул головой. Кажется, он немного слукавил, голова все ещё кружилась и не смотря на чары головного пузыря, пары зелья пока не выветрились полностью. Он сидел в мягком кресле ощущая руками шелковистую ткань обивки и ему в голову пришла шальная мысль. А ведь Максимус воспринимает меня, как ребенка! Он даже присел рядом с креслом так, чтобы наши глаза были на одном уровне и голос у него более спокойный и низкий, чем он звучит обычно. Снейпу стало некомфортно от этого осознания. Что древний вампир видимо уловил.
— Тебе не стоит так убиваться Северус. Да ты облажался. Это бывает абсолютно со всеми. Но ты все ещё можешь получать удовольствие от жизни и не должен винить себя за это.
— Как ты… — речь зельевара была спутанной, но в памяти четко всплыло воспоминание о том, что Максимус видел его память при обращении, а отголоски чувств на близком растоянии, они вполне себе друг у друга улавливают. Так, что он негромко сказал. — Я видел, ее… Слышал, Лили… Но я был так счастлив…
— Подумай-ка вот о чем — вампир чуть коснулся самыми кончиками пальцев его коленей и постучал по ним. — Лили Эванс была бы счастлива, узнай она что ты ешь себя поедом и превратился в ещё более желчного засранца чем раньше или бы она радостно улыбнулась зная, что ты не сдался вопреки всему дерьму что с тобой случилось и все ещё способен радоваться жизни? Какой из этих двух персонажей лучше приглядит в Хогвардсе за ее кровью? Понимаю, может быть еще рановато, но мне кажется пора немного, самую малость, отпустить скорбь. Это не радует ни тебя и не порадовало бы и ее.
— Максимус, ты говоришь разумные вещи, но не все с чем сталкиваешься в жизни можно просто пережить. — маг наконец-то пришел в себя и смог покачать головой без мерзкого головокружения. — Что-то остаётся с тобой навсегда.
— Может быть — вампир встал на ноги, закинул голову на спину и замерев смотрел в потолок. — Я уже слишком стар, для переживаний, кошмаров по ночам и глубокого самокопания. Но ты прав я помню всех близких мне людей. И мне бы не хотелось видеть, то как новый человек, который вполне может стать мне другом исчезает, как и прочие, став всего лишь вековой пылью и темным воспоминанием.
Мужчина опустил голову. Смотреть на древнего вампира стало будто физически тяжело. Даже думать о том, сколько хоть немного дорогих людей можно потерять за двадцать сотен лет было страшно. Как вообще можно привязываться к кому-то после такого?
— Вообще, если говорить на чистоту, то последние годы я стараюсь не дружить с короткоживущими существами. — резко хмыкнул вампир. — Все эти смерти от болезней, несчастных случаев, старости изрядно выбивают из колеи. Да еще и любители поживится, думают, что я обменяю что-то из своих книг на жизнь пленников.
— А они ошибаются? — вскинул бровь зельевар отметив в своей памяти факт, что в плен лучше не попадать, по крайней мере к тем людям, что будут покушаться на Максимусову библиотеку.
