Надо хоть мантию растегнуть, устало подумал маг, давит на шею, дышать мне конечно не нужно, но неудобно. Древний вампир будто услышав его унылые мысли, не приходя в сознание щелкнул пальцами, и мантия со Снейпа исчезла, оставив его в рубашке и брюках. Небольшой холодок пробежался по его спине от осознания чего еще может испарить вампир. А затем вернулась отошедшая на задний план злоба. Если этот гад уничтожил хорошую мантию зельевара, я его придушу! — подумал Снейп, — И не посмотрю, что ему тоже не надо дышать, откручу тупую голову! Пусть регенирирует!
Проснулось это клыкастое недоразумение к вечеру и сразу же начало чудить. Не проклясть его получилось только благодаря связи молодого вампира с создателем. Рука просто не поднималась, и Максимус этим пользовался, но пока не слишком сильно злоупотреблял и посылал в сторону легилимента лучи раскаяния. При этом выглядел как потрёпанный жизнью бродячий кот, такой же тощий, немощный и жалкий. Снейп ненавидел свою беспомощность в такие моменты, старший вампир просто и не особо задумываясь не давал себе навредить. Ну хоть словами его поддевать можно.
Оставив кривляющегося дурня, у которого все же оказалось правильное римское имя, на диване, Снейп пошёл в ванную привести себя в порядок. Оттуда же его чуткий слух уловил появление в его доме ещё кого-то, нагло проигнорировавшего защитные чары. Невнятную перепалку, в которой женщина, Снейп полагал, что это служанка Анна, говорила о какой-то опасности. Зельевар шикнул на не вовремя разговорившееся зеркало, решившее прокомментировать его внешность, но, к сожалению, больше ничего не услышал. Затем его чуткий слух уловил, как древний вампир крикнул, что уходит, звук бьющегося стекла, и в доме воцарилась тишина.
Северус Снейп вернулся из ванной и застыл от удивления. Кажется, вампир не шутил, когда сказал, что ушёл. Вот только как он преодолел антиаппарационный барьер и все чары, которые были на его доме? Впрочем, это странный вопрос. Видимо, как-то так же, как он их обошёл в первый раз.
«Итого, я имею придурочного вампира, вломившегося в мой дом и испортившего мне вечер. Одну испарённую в никуда манию и разбросанный по комнате мусор. Отравил бы гада!» — зло подумал зельевар. — «Только этот тупица уже мёртвый, и задачка трудновыполнима. Но не невозможна. Впрочем, никто не мешает мне вломиться к нему с ответным визитом вежливости! Мантии не на деревьях растут! И вообще, фляжку пора пополнять!»
Сказано — сделано. Не прошло и десятка минут, как Северус очутился у знакомого небольшого домика, укрытого от посторонних взглядов пышными деревьями. Даже сейчас, когда на них не было и листочка, их густые ветви не позволяли чётко разглядеть, что происходит за изгородью.
Постучав в дверь, зельевар не ожидал, что ему сразу же откроют. Однако дверь отворилась, выпустив наружу немного домашнего тепла и запаха старой бумаги. Маг прошёл в холл и снял тёплую мантию, которую набросил перед выходом из дома. Невидимый голос домовика тихо прошептал: «Хозяин в малой лаборатории, он немного не в себе, так что молодой господин не должен пугаться». «Это когда он был в себе», — про себя хмыкнул зельевар. Вместо этого вопроса он спросил: «Где малая лаборатория?»
«Посмотрите под ноги», — шепнул невидимка тонким голоском и, забрав верхнюю одежду, растворился. Если и эта мантия пропадёт, Максимуса не спасёт никакая мистическая связь, мрачно подумал он, тоскливо глядя на место, где исчезла его основная тёплая одежда. Под ногами у него искрились ядовито-зелёные стрелки. Вздохнув, Снейп пошёл, куда требовали указатели.
Вампир нашёлся в подвале за одной из бесконечных дверей в коридоре. Небольшая комната была наполнена хаотичным нагромождением странных вещей, словно кто-то решил проверить пределы визуального восприятия. Пёстрые, до рези в глазах, обои покрывали стены, создавая ощущение, что пространство вот-вот взорвётся калейдоскопом оттенков. Всё было бы ещё хуже, если бы не горы странного технологического барахла, расставленного у стен. Зельевар не сильно разбирался в магловской технике, но предположил, что это машины что-то подсчитывают, ибо на больших экранах то и дело мелькали какие-то монструозные цифры.
