Конечно, все проблемы могла бы решить и Марго с её связями и возможностями. Кстати, можно было бы ей позвонить и попросить через её знакомых вернуть гитару, но, скорее всего, женщина бы просто послала Мэл куда подальше.
Пока девочка с горечью отметала один план за другим, мимо неё проскочил знакомый мерседес и затормозил чуть поодаль. А сразу после этого раздался звонок.
– Так и знала, что это ты, – не здороваясь, буркнула в трубку Мэл.
– Я заметил тебя, – отозвался Печорин.
– Только не говори, что ты следишь за мной, – ощетинилась девочка.
– Будешь должна деньги – буду следить, – просто ответил Григорий.
– У меня только что забрали и деньги, и источник денег, – не удержавшись, пожаловалась Маша.
– Я тебя понял. Подожди, сейчас припаркуюсь где-нибудь по-нормальному. Встретимся на Смоленской.
Через двадцать минут Мэл и Гриша сидели в Макдональдсе, и девочка жаловалась на отобранную гитару, деньги и злых полицейских, с которыми нужно разобраться. Мужчине было забавно всё это слушать. С полицией он старался не связываться, но раз такое дело…
– Пошли, – решительно сказал Григорий, вставая.
– Куда? – насторожилась Мэл.
– В местное отделение, конечно же!
– Ты дурак? Я не пойду, я от них сбежала!
– Ну сбежала и сбежала. Посидишь в машине.
Девочка согласилась.
Гриша знал, что дело о спасении гитары, скорее всего, закончится тем, что придётся просто заплатить штраф. Он пропал в отделении на час. Всё это время Мэл думала, кому придётся звонить и куда бежать, если он их там всех поубивал, потому что, в отличие от остальной компании Червей, Искуситель внушал страх, да и прошлое его было довольно однозначным.
– Выходи, – вывел Мэл из задумчивости голос Печорина.
Он постучал в окно, а когда Маша открыла дверь машины, показал девочке кофр с гитарой.
– Как?! Ты им денег дал? – не веря своим глазам, воскликнула Мэл.
– Нет, конечно. Сейчас сюда приедут ОМОН, ФСБ и ГРУ. Слышишь, как тихо? Я перестрелял их там всех и, как видишь, даже плащ не забрызгал. А сейчас я сваливаю отсюда. Люблю погони, – и Печорин задорно подмигнул ей.
Мэл побледнела.
– Ты идиот!
Григорий рассмеялся.
– Хорошая благодарность!
– И сколько был штраф?
– Нисколько. Я всегда был уверен, что моя сила безотказно работает только на девушек. Но, вероятно, я чего-то не знаю о нравах современной полиции.
Они оба рассмеялись, после чего мужчина передал Маше гитару, послал ей воздушный поцелуй и умчался прочь.
Мэл всё ещё опасливо покосилась на полицейский участок. Там действительно было подозрительно тихо.
***
Сам же Григорий получил максимально неприятное сообщение и ехал уже по направлению к Рублевскому шоссе. Он понимал, что сейчас Барыня вновь будет что-то от него требовать, и ему ужасно не хотелось встречаться с этой женщиной. Однако ему также полезно было бы знать, где именно находится штаб-квартира Непримиримых, хотя Искуситель и опасался, что этот визит может стать для него последним.
Григорий подъехал к железным воротам, и охрана мгновенно пропустила его. Перед ним был каменный особняк без изысков. У дверей Григория уже ждал огромный мужчина – Герасим. Печорин помнил его по той злосчастной, но единственной встрече. Григорий всё ждал, когда же появится Чёрный Человек, но этот субъект почему-то отсутствовал.
Из одной комнаты Григорий уловил часть перепалки.
– То, что мы с твоей бабушкой хорошие друзья, не даёт тебе, молодой человек, право прогуливать мои занятия! – строго отчитывал кого-то Кирсанов.
– Павел Петрович, по литературе вы всё равно не найдёте в школе никого, кто был бы лучше меня. ЕГЭ я сдам. До него три месяца ещё! – отвечал капризный мальчишеский голос.
– Твоя музыка тебя доведёт, – не сдаваясь, продолжал ворчать Павел Петрович.
– Конечно. Да, да, да, все талантливые музыканты умирают молодыми… Я знаю, – даже не видя мальчишку, по его интонациям Печорин легко мог почувствовать, что тот закатывает глаза.
– Лутовинов, не огрызайся. И марш наверх. Достал уже, – устало проговорил Кирсанов.
– Я вас тоже люблю, Павел Петрович! – жизнерадостно отозвался оболтус.
Герасим проводил Печорина на второй этаж, в дальний кабинет, где сидела Варвара Петровна. Не успел Григорий войти, как откуда-то сверху прямо перед его носом опустилась чёрная тень и выпучила на него единственный глаз.
– Бу! – насмешливо воскликнул Чёрный Человек.
– Как же ты достал, – сквозь зубы процедил Печорин, обходя того, будто неодушевлённый предмет.
Варвара Петровна демонстративно положила руку на стол, будто призывая Григория склониться и поцеловать её. В этот раз Искуситель решил не усложнять себе жизнь и отделаться побыстрее.
После всех формальностей Печорин сел в кресло напротив Барыни.
– И чем обязан такой честью? – с деланой небрежностью спросил он.
– Удалось что-нибудь выяснить? А то как на своих нападать, так это ты в первых рядах, – с видимым недовольством заметила Варвара Петровна.
– О, мне было бы очень интересно посмотреть на этих самых своих, – в тон ей ответствовал Печорин. – Не представите?
– Вот ещё, – усмехнулась Барыня. – Так что там с Базаровым?
