В магазине чувствовался едва уловимый запах орехов. Высокий, лысеющий мужчина стоял за кассой и читал газету. Увидев нас, он исчез под прилавком и поднялся с маленьким ретривером. Я аккуратно взяла собаку из его рук. От щенка исходили тепло и запах сена. Поначалу он был сонным, но стоило прижать его к груди и потереться щекой о мягкую шерстку, как он оживился и принялся облизывать мое лицо. Я старалась крепко держать собаку, но щенок, подвижный и восторженный, все время норовил вырваться из объятий. Хозяин магазина предложил отпустить его побегать по комнате. Мы смотрели, как он обнюхивал пыльные уголки и бросался на металлические птичьи клетки. Билли не убирал руки с моих плеч, а мне хотелось закричать во весь голос, что он стопроцентно, абсолютно точно мой самый любимый человек на свете.
Однако в следующий миг я вспомнила о маме.
– Ты говорил с мамой? Как она к этому отнесется?
Билли поднял щенка с пола и рассмеялся, когда тот резко потянулся к его лицу.
– Ну как твоя мама сможет отказать такой мордашке?
– Серьезно, дядя Билли. Она против животных.
– Но ты же хочешь собаку, верно?
– Больше всего на свете.
Билли опустил щенка обратно на пол и приобнял меня.
– Твоей маме иногда нужно помочь открыть глаза на некоторые вещи. Как только она увидит, как сильно ты хочешь собаку, она не сможет отказать. Доверься мне, хорошо?
Вот только в этот раз его заклинание не сработало. Мне не стоило соглашаться. Мама бы никогда не разрешила оставить щенка. Но мне хотелось верить в силу Билли, в его суперспособность решать проблемы, просто потому что он обещал, что все будет хорошо.
Я хотела, чтобы мама тоже в это верила.
– Джоани обзавидуется, – злорадствовала я по пути домой. – Щенок! Настоящий щенок! Дядя Билли, это лучший подарок в моей жизни.
Мы остановились у моего дома. Билли держал ретривера, пока я выгружала все необходимое для ухода за щенком с заднего сиденья. Когда я подошла, чтобы забрать собаку, дядя не шелохнулся.
С неожиданно серьезным выражением лица он чесал щенка за ушком.
– Прости за ту сцену с твоей мамой.
– Ничего страшного, – пробормотала я.
– Нет, это важно, – настоял Билли. Щенок вовсю ерзал, норовя выпрыгнуть из его рук. – У нас с твоей мамой случаются разногласия, но ты должна знать, что твоей вины здесь нет.
Мне безумно хотелось забрать щенка и побежать домой, хотелось прекратить разговоры, но дядя стоял на своем. К тому же, пока он не пустился в рассуждения, мне и в голову не приходило, что я могу быть в чем-то виновата.
– Главное, держи щенка подальше от маминой обуви, и мама не сможет отказать. – Билли отдал мне собаку. – Скоро увидимся.
Мне вдруг показалось, что эти слова заслуживают доверия больше, чем пугающий наказ, прозвучавший ранее.
Скоро мы увидим Билли! И все будет хорошо.
– Мама! – закричала я, примчавшись домой. – Мам, беги скорее сюда! Ты не поверишь, что подарил Билли.
Мама вышла из спальни и остановилась в проходе у лестницы. На ней висел все то же халат. Под глазами залегли темные круги.
– Господи, Миранда! – Она схватилась за сердце. – Ты меня напугала. Я подумала, что-то случилось.
– Смотри!
Я подняла собаку.
Мама застыла, смотря то на меня, то на визжащего щенка.
– Мы не можем его оставить, – наконец, рассудила она, спустилась по лестнице и забрала ретривера из моих рук. – Мы сейчас же его вернем.
– Но вы с ней даже не познакомились! – Собака принялась облизывать мамино лицо. – Видишь, она же милашка!
– Дело не в этом, ты же знаешь.
Щенок продолжал лаять.
– Я подумала, ты увидишь ее и сразу передумаешь.
– Миранда, мы это уже проходили. У нас нет времени на собаку.
– Я сама буду о ней заботиться. Тебе не придется ничего делать!
– Это слишком ответственный шаг.
– Я уже не ребенок! Я и без тебя знаю, что требует ответственности.
Мой тон поразил нас обеих. Мама дождалась, пока я успокоюсь. Когда стало ясно, что каждый останется при своем мнении, я в ярости ушла в свою комнату, прокричав напоследок:
– Ты никогда ничего не разрешаешь!
Я прекрасно понимала, что слишком драматизирую и веду себя, как эмоциональный подросток, но я все равно так сильно хлопнула дверью, что пол в моей спальне содрогнулся.
Мама решительно последовала за мной.
– Не смей хлопать дверью. – Ее голос оставался спокойным, но в янтарных глазах пылал гнев. – Ты нарушила правила. Ты знала: никаких собак в нашем доме. И не устраивай сцен.
Да, мама говорила правду, но в моем возрасте не имело значения, что есть правда, а что – ложь. Никто не смел мне что-либо запрещать.
– Где собака? – капризно поинтересовалась я, на что мама пробормотала:
– Черт.
Она спустилась на первый этаж и схватила щенка на руки.
– Миранда, – позвала она, – а где вы с Билли взяли его?
– Не скажу! – в ответ закричала я.
Ответа не последовало, и тогда я призналась:
– Зоомагазин в Калвер-Сити.
Я не сказала, что это был
Как только мама уехала, забрав собаку, я позвонила Билли, желая рассказать о случившемся. Он не ответил на сотовый, потому я набрала ему на домашний.
