– Конечно. Сделаем заказ? – Фрэнки без лишней грации вскинула руку в воздух, тщетно пытаясь привлечь внимание официантки. Наконец поразительно высокая женщина со сверкающим пирсингом в носу приплыла к ним и спросила, чего они желают.
– Нам, пожалуйста, «Полет сыра и вина». Если ты не против, Мигель, – уточнила Фрэнки.
– Да, конечно. Сыр и вино, как говорят, они вместе как Ромео и Джульетта! – Мигель улыбнулся, и Фрэнки услышала, как официантка откашливается. Записав их заказ, она медленно отошла, пятясь и не отводя глаз от Мигеля.
– Значит, ты акробат, Мигель? – спросила Фрэнки.
– Да, ты раньше встречала акробата, Фрэнки? – Мерцающие огни свечей подчеркивали его лучшие черты.
– Никогда. Почему ты решил стать акробатом? – ровным тоном спросила Фрэнки. «Не флиртуй!» – молча приказала она себе.
– С той поры, как я был ребенком, я хотел быть акробатом. Я думаю, акробат – это, как говорят, секс цирка, – сказал Мигель со спокойным лицом.
– Это прекрасно. – Она подавила смешок, мысленно делая заметку: сохранить эту волшебную деталь для блога.
– Как и ты.
В этот момент их прервала официантка, принесшая большой поднос с ароматным камамбером, стилтоном, бри и тремя разными сортами красного вина.
– А, это выглядит восхищение. – Мигель облизнул губы, а потом пососал ломтик сыра. – Хочешь посмотреть трюк?
«Вау, он даже сыр сосет соблазнительно».
Фрэнки пожала плечами, изо всех сил пытаясь оставаться вежливой, но незаинтересованной.
Мигель подмигнул и опустошил свой бокал вина. А потом встал, играя мышцами рук и демонстрируя тонкую полоску загорелого живота между джинсами и белой рубашкой.
Он протянул руку Фрэнки, и она неохотно вложила в нее свою ладонь. Он довел ее до спинки своего стула, поглаживая ее пальцы. Фрэнки отняла руку. Мигель задвинул кресло под стол и начал отодвигать стол напротив.
– Что ты делаешь? – спросила Фрэнки.
– Место для переднего сальто, – сказал Мигель, как будто это был самый очевидный ответ на свете.
– Прямо здесь? – спросила Фрэнки.
– Да. Где еще?
Фрэнки окинула взглядом интимную обстановку ресторана, парочек, склонившихся над сыром и крекерами, которые чокались бокалами и облизывали ложки по очереди. Мигель наклонился и похлопал по плечу женщину с фиолетовыми волосами у него за спиной, сообщая ей на ломаном английском, что ей нужно «покинуть в целях сохранения». Она сузила глаза и неохотно отодвинула стул.
– Ты готова? – промурлыкал Мигель, но Фрэнки старалась не смотреть ему в глаза. Он досчитал про себя до трех, а потом взлетел в воздух, изящно толкая корпус вперед и вытягивая перед собой крепкие руки. Его ладони легко коснулись земли, прежде чем вскинуть тело вверх. А потом он элегантно приземлился на обе ноги. Весь ресторан разразился аплодисментами, и он отвесил небольшой скромный поклон.
– Блестяще, – воскликнула женщина с фиолетовыми волосами; ее щеки приобрели оттенок, близкий к волосам. Из глубины ресторана раздались свист и улюлюканье, посетители держали вилки в воздухе, раскрыв рты, а Мигель гордо улыбался им всем.
Фрэнки снова села, в замешательстве от внимания, которое привлекало ее свидание. Она отрезала себе ломтик камамбера и щедро намазала на крекер, потом полила пастой из айвы и с наслаждением впилась зубами во вкусную смесь.
Мигель сидел напротив, наблюдая за ней, как будто завороженный тем, как она жует. Фрэнки попыталась сосредоточиться на сыре и печенье, избегая его горящего взгляда.
Мигель прочистил горло.
– Ты прекрасная девушка. Ты моя океанская жемчужина.
– Что? – отозвалась Фрэнки, давясь сыром.
– Я поэт, помнишь? Я написал тебе стих, моя Фрэнки.
Фрэнки вздохнула. «Это ради книги. Это ради книги».
Фрэнки глотнула вина.
– Это восхитительно, – с придыханием сказала внезапно возникшая официантка. Но Мигель не отвел глаз от Фрэнки, которая глушила третий бокал красного и старалась не смотреть на него. Он перегнулся через стол и убрал выбившуюся прядку волос ей за ухо. Фрэнки задрожала.
– Так расскажи мне, что тебе нравится в «Алхимике»? – спросила она, внезапно чувствуя, как вино приливает к голове.
