Фрэнки сообщила печальные новости, глотая слезы. Они поспорили: Кэт настаивала, чтобы она осталась дома, а Фрэнки убеждала ее, что через час будет в порядке. После третьего протеста Кэт повесила трубку, а Фрэнки в ответ швырнула телефон на смятые простыни на кровати. Пока она пыталась собраться, чтобы присоединиться к Санни, в прихожей раздался пронзительный голос, отдаваясь эхом.
– Санни, дорогой мой! – Ее мать. Снова. Фрэнки громко вздохнула, охваченная прямо-таки физическим ощущением отвращения и раздражения. С тех пор как ее родители переехали в Ричмонд, они всегда заходили неожиданно и постоянно в неудачное время.
– Мама, какой сюрприз, – язвительно сказала она, входя в гостиную, где Путу с чувством растирала плечи Санни, а Рудольф сидел на диване. Санни бросил на нее взгляд, говорящий: «Твоя мама должна перестать меня трогать».
– Мы просто проходили поблизости и решили, что надо заглянуть, повидать нашу любимую дочь!
– Мама, я – ваша единственная дочь. – Фрэнки поцеловала отца в макушку и без особого энтузиазма обняла мать. – Сейчас, правда, не лучший момент.
Путу перевела кокетливый взгляд с Фрэнки на Санни.
– О, вот бы снова стать молодыми!
– Мама, – Фрэнки обняла Путу за спину и развернула ее лицом к двери, – мы об этом говорили. Нельзя все время приходить без предупреждения. Я опаздываю на работу. Ты должна уйти. И, пожалуйста, перестань лапать Санни.
Путу отмахнулась от дочери.
– Моя милая, сладкая капусточка, дай мне только поздороваться с моим панцирным внучком.
Фрэнки напряглась и запрокинула голову. «Светлые небеса, Винни! Забери меня с собой!»
– Путу, я тебе рассказывал, как мне понравились гималайские ягоды годжи, которые ты мне купила? Я прямо чувствую, как мое тело переполняется антиоксидантами, – вмешался Санни.
Он кивнул Фрэнки, которая медленно отступила, прячась в безопасности своей спальни. Она тихо закрыла дверь, быстро натянула джинсы и кремовый шерстяной свитер, услышала, как входная дверь открылась, а потом закрылась, и выдохнула. «Как мне так повезло с Санни?» Но за этой мыслью последовал острый укол вины. Она покачала головой, схватила куртку и присоединилась к Санни, который теперь сидел на диване в одиночестве.
– Спасибо, – сказала она, гладя ладонью его щетинистые щеки, – за все.
– Надеюсь только, что ты в порядке. Пожалуйста, Фрэнк, откройся мне, скажи, что чувствуешь по поводу смерти Винни. – Санни грустно-вопросительно вглядывался в ее лицо.
– Я в норме, – отмахнулась она, опуская руки.
Фрэнки сидела на корточках перед оконной витриной, рассеянно переставляя детские книги с картинками рядом со знаком, сообщавшим о грядущей Неделе книги: «Там, где живут чудовища», «Стеллалуна», «Под зонтиком любви», «Пук никому не нравится». Среди всех этих милых, смешных и глубокомысленных историй ей внезапно снова захотелось быть юной, не обремененной взрослыми тревогами и сложностями, но ее мысли прервал гневный монолог Кэт о том, что матерей в книгах слишком часто убивают, начиная с «Белоснежки», продолжая «Войной и миром» и заканчивая «Бегущим за ветром».
– Какой пример это подает детям?! – кричала она.
Прежде чем Фрэнки успела хотя бы придумать ответ, загудел ее телефон, лежавший рядом на полу. Еще одно уведомление от Мигеля в снэпчате: на этот раз фото – на нем он жонглировал лимоном, грушей, грейпфрутом и апельсином – было подписано «Яблоко весь день – доктор не придет». В окно внезапно что-то стукнуло, и Фрэнки отшатнулась от вибрировавшего стекла. Она подняла голову и увидела, что ей машет Санни. На нем были черный костюм и галстук, коробка под мышкой, и он держал садовый горшок, из которого высовывалась темно-оранжевая маргаритка.
– Что ты тут делаешь? – одними губами спросила Фрэнки.
Санни жестом пригласил ее выйти к нему на тротуар, и поэтому Фрэнки протиснулась обратно в магазин, крикнула Кэт: «Сейчас вернусь» – и вышла наружу.
– Что происходит?
Санни поцеловал ее.
– Пора хоронить Винни.
– Сейчас середина дня. Я не могу просто так уйти.
Санни посмотрел через ее плечо на вход в магазин, и Фрэнки обернулась и увидела, как выходят Клод и Кэт. Кэт накинула на плечи длинный черный палантин (связанный Клодом), а Клод держал две сумочки. Себ высунул голову из-за полок и вскинул большой палец вверх, жестом говоря: «Я справлюсь».
– Все уже готово, – сказал Санни. Он взял Фрэнки за руку и повел ее по улице, а Клод и Кэт следовали за ними по пятам.
Они миновали четыре квартала, потом Санни провел их через лабиринт из переулков и узких улочек, пока они не оказались в маленьком общинном саду, заросшем роскошной зеленой травой и усыпанном участками, на которых прорастали овощи. Санни открыл белую деревянную калитку.
– Нам сюда вообще можно? – Фрэнки неуверенно шагнула вперед.
– Радуйся жизни, Роуз. – Кэт подмигнула и чуть по-утиному, переваливаясь, прошла по саду словно его владелица.
