Стрекоза. Представляю, сколько будет желающих… А прибор только один.
Удильщик. Пока один, Стрекоза, но мы организуем кружок «Умелые ноги» и сделаем столько инкубаторов, сколько потребуется, — образец у нас есть!
Мартышка. А сейчас пусть клиенты пользуются этим образцом в порядке живой очереди.
Кашалот. Нет, Мартышка, сначала нужно обеспечить самых нуждающихся.
Рак. Никак я в толк не возьму… Ну, домашние птицы понятно, а с чего это вдруг дикие стали нуждаться в инкубаторе? Вроде бы до сих пор без него обходились.
Удильщик. Мало ли что было до сих пор, Рак. Вы послушайте, что нам пишут: «Мы, простые труженики — Королевские альбатросы, просим облегчить нам жизнь. Как же так: живем в век прогресса, а насиживаем по старинке, как наши предки — больше одиннадцати недель! Неужели нельзя механизировать этот тяжкий труд?»
Рак. Тоже мне — труд! Сидят себе дома, в гнезде…
Мартышка. Вот-вот, многие домашнюю работу и за работу не считают, а попробовали бы сами просидеть одиннадцать недель — наверняка бы взвыли!
Сова. Правду сказать, другие-то птицы поменьше на это дело тратят: певчие, к примеру, меньше двух недель, а Киви — чуть дольше недели… А ведь верно — и одной недели жалко!
<<< Нельзя не согласиться с уважаемой Совой: хотя удивительная бескрылая птица Киви из Новой Зеландии насиживает всего лишь чуть дольше недели — в одиннадцать раз меньше Королевского альбатроса, — но на такую скучную домашнюю работу и одной недели жалко!Кашалот. Вы правы, Сова! Конечно, жалко! Каким содержательным, интересным мог бы стать досуг птиц, если бы у них было столько же свободного времени, сколько у… у…
Гепард. У моего родственника Льва, например.
Человек. Что и говорить, Гепард, Лев проводит свой досуг очень «содержательно». С помощью миниатюрных телеметрических радиопередатчиков ученые выяснили недавно, что в среднем по двадцать часов в сутки львы… спят!
<<< Львы никогда не устраивают диспуты на тему «Чем занять свободное время?». Они давно решили эту трудную проблему. Что ж, от сна, говорят, еще никто не умирал…Кашалот. Вот видите, что дает разумная организация быта! Наш святой долг — всемерно распространить этот передовой опыт и облегчить тем самым жизнь животным, в первую очередь нашим замечательным подругам!
Все аплодируют.
Инкубаторы — это только начало: за ними последуют… ммм… я еще не знаю, что за ними последует, но это будет нечто грандиозное!
Мартышка. Я бы даже сказала — величественное! А вы, Рак, — вы типичный консерватор: привыкли пятиться назад и сдерживать технический прогресс!
Удильщик. Но это вам не удастся! (Декламирует с пафосом)
Трепещите, консерваторы:Мы внедряем инкубаторы!!Рак. Ну что ж, посмотрим, как эта гора земли живую птицу вам заменит.
Сова. И впрямь чудно… Неужто птенчики отседа появятся, а?
Человек. Не вы первые сомневаетесь в этом. Когда Джемелли Карери — один из восемнадцати оставшихся в живых участников кругосветного путешествия Магеллана — рассказал о том, что на островах Тихого океана есть птицы, которые строят инкубаторы, его подняли на смех. Белые поселенцы в Австралии принимали сооружения большеногов за могильные курганы туземных воинов. И лишь сравнительно недавно австралийский биолог доктор Гарри Фрит окончательно доказал, что это самые настоящие инкубаторы, да еще какие! Доктор Фрит проделал много экспериментов, пытаясь изменить температуру в гнездовой камере. Он, например, удалял оттуда основной источник тепла — преющие листья и траву, в других опытах, наоборот, — подогревал инкубатор, зарыв под ним три электрические печки. И все равно, Большеног сумел сохранить необходимую температуру: тридцать три градуса — ни больше, ни меньше!
Сова. Золотые ноги! И где ж это он всей этой премудрости-то выучился?
Большеног (спускается к коапповцам). Нигде, Сова, у меня это умение в крови. Нас, большеногов, никто не учит — мы мастера потомственные. Ну, Кашалот, я все отрегулировал. Температура в норме — тридцать три градуса. Поддерживайте ее на этом уровне…
Кашалот. Хм… легко сказать. А как поддерживать?
Большеног. Дело это тонкое — у нас есть свои секреты, но вам, так и быть, я все объясню.
Кашалот. Огромное спасибо! Птица-Секретарь, записывайте слово в слово. Мы вас внимательно слушаем, дорогой мастер.
