– Я не мог, – поспешно ответил Папандреу. – Я был связан контрактом с правительством вашей республики.
– С «правительством», – издевательски повторила Снежана. – А ты не задумывался, кто его выбирал, это «правительство»? Впрочем, напрасно спрашиваю, тебе, конечно, было на это наплевать. А сейчас стало не до плевков, стоило раз этому «правительству» опростоволоситься и сесть в лужу.
– Не в том дело. – Невозмутимости в Папандреу больше не осталось, он с силой рубанул по столешнице ребром ладони. – Я коммерсант, контракт для меня святое. Я не мог, не имел права нарушить его первым. Но теперь у меня развязаны руки. Мы можем совершить обмен и договориться о следующих. Ты права, для меня не имеет ни коммерческого, ни этического смысла дальше подкармливать этих жирных деляг.
– Договориться о следующих? – переспросила Снежана. – Нас уничтожат задолго до этих «следующих». Тем самым оружием, которое ты, честный коммерсант, поставил в июль.
Папандреу долго молчал, скрестив на груди руки и отрешённо глядя в потолок. Затем спросил негромко:
– Дела настолько плохи? Я мог бы… – Он не договорил.
– Что бы ты мог? – произнесла Снежана устало. – Накормить нас напоследок? Одеть в инопланетные тряпки, чтобы было в чём хоронить?
– Я мог бы забрать людей, – выдохнул Христофор. – Двести-триста человек, женщин и детей. Или только детей. Может быть, даже четыреста. Разумеется, бесплатно, мне ничего не нужно от вас.
Подперев кулаками подбородок, Снежана смотрела Христофору Папандреу в глаза. Долго, потом сказала:
– Я передам твоё предложение нашим руководителям. Только думаю, они не согласятся. Сколько шкур и каких ты хочешь за свои пятьдесят стволов?
– Нисколько. Я прикажу разгрузить их немедленно.
– Хорошо. Спасибо тебе.
Снежана поднялась и двинулась на выход.
– Постой! – крикнул капитан ей в спину.
Снежана обернулась в дверях.
– Подожди! – Капитан вскочил. – Сколько времени вы сможете продержаться?
– Не знаю, – пожала плечами Снежана. – Сколько получится.
Христофор Папандреу лихорадочно думал. До складов на Нце двое суток лёту. Допустим, полдня на погрузку, и двое суток лететь назад. Но тогда… тогда на обратный путь может не хватить топлива. Или же его будет в обрез.
– В чём дело? – нетерпеливо спросила Снежана.
Папандреу не ответил. Он вскочил и зашагал по кают-компании, неразборчиво бормоча себе под нос. Наконец, остановился, оглядел Снежану с головы до ног.
– Ты замужем? – спросил он.
– Я вдова, муж погиб этой зимой.
Капитан кивнул. «Сколько же ей лет, – подумал он. – Двадцать, может быть, двадцать два. И – вдова…»
В этот момент Христофор решился. К чертям благоразумие, выругался он про себя. Есть девушка – самоотверженная, решительная, сильная. Красивая, и не чета жеманным недотрогам с благоустроенных планет. Она на пороге смерти. Как бы там ни сложилось, её он вытащит.
– У меня есть план, – чеканя слова, произнёс Христофор. – На его осуществление понадобится около пяти суток. По их истечении я доставлю оружие и боеприпасы. Около двух тысяч стволов ручного, пять сотен станковых пулемётов, двести стволов артиллерии, и… – Папандреу замялся. На складе лежали полсотни лазерных разрядников, но поставки современного оружия на отсталые планеты были запрещены кодексом внеземелья. Плевать, принял решение Папандреу. – И полсотни лазеров, – добавил он твёрдо.
– Полсотни чего? – недоуменно переспросила Снежана.
– Лазеров. – Капитан пригладил усы. – Это, девочка, такие штуковины, которые зачастую решают, кто выигрывает войну. Страшные, должен сказать, штуковины. В июле такого оружия нет, я держал его на крайний случай.
– Ты не шутишь? – спросила Снежана встревоженно. – Ты действительно отдашь нам пятьдесят комплектов такого оружия?
– Отдам, – буркнул Папандреу. Он уже успел пожалеть о поспешно принятом решении и о взращенной в себе привычке коммерсанта всегда держать слово. – Хочу, чтобы ты знала: мой план рисковый, у меня горючки в обрез. Если не хватит на прыжок, до базы мы не дотянем. Ладно, это не твоя забота. За пять суток вам нужно собрать товар и доставить сюда. Ну, и, разумеется – выжить.
Снежана подалась к капитану.
– Ты… ты… – пролепетала она. – Ты вправду сделаешь это для нас?
– Сделаю. С одним условием. Ты летишь тоже. Эти пять суток жить будешь со мной, в моей каюте.
– Пойдём, парень. – Иоганн Цвайберг взял Курта за локоть и повёл от дома в глубь острова, к вырубке. – Поговорим с глазу на глаз.
