– Правда, генерал, на месте не наблюдается его председателя, Германа Геринга! – язвительно заметил Геббельс. – Наш жирный боров заблаговременно, как у нас говорят в народе, сделал ноги, оставив на произвол судьбы как рейхстаг, так и самого фюрера. И мы уже не слышим его реплик, обнаруживающих нам полную неосведомлённость в военных делах. И этот предатель и коррупционер захотел заменить нашего фюрера? Скажу вам, господа! У нас только один фюрер – Адольф Гитлер! Человек должен признавать авторитет. Фюрер, воплощающий авторитет, неприкасаем. Всё, что говорит фюрер, всегда верно. Что сделал фюрер, когда установил в Германии образцовую диктатуру? Мой фюрер! – Геббельс обратился к Гитлеру. – Если вы не возражаете, я напомню почтенной публике, что необходимо диктатуре. Для диктатуры, господа, требуются три вещи: человек, идея и последователь, готовый жить ради человека и идеи и, если необходимо, отдать за них жизнь. При отсутствии такого человека диктатура безнадёжна; при отсутствии идеи – невозможна; если же отсутствует последователь, то такая диктатура – просто неудачная шутка. Всегда будет править меньшинство, оставляя толпе только один выбор: жить под властью диктатуры смелых или вырождаться при демократии трусов. Большевики говорят, что их войска приходят в страны Европы как освободители; но везде, где они оказываются, воцаряются бедность и страдания, разорение, хаос и разруха, безработица, голод и болезни, и провозглашённая свобода оборачивается жалким прозябанием, подобным жизни отсталых племён в глубинах Африки, где не знают, что такое жизнь, достойная человека.
– Благодарю вас, доктор, за верность и точность наблюдений! – сказал Гитлер. – Эта жирная свинья – Геринг! У бесчестного властолюбца не хватило мужества умереть вместе с нами!.. Продолжайте, Кребс!
Кребс продолжил сообщение о положении на фронтах, но у участников совещания его неудовлетворительные объяснения вызывали лишь молчание.
– Мой фюрер! – сказал Кребс. – Я должен сообщить, что противник часто преодолевает нашу оборону и заходит в тыл нашим войскам, используя для этих целей туннели городского метро. Русские уже достигли станции метро «Лейпцигштрассе». Она соединяется со станцией на Унтер-ден-Линден и представляет непосредственную угрозу Имперской канцелярии.
– Я отдаю приказ открыть шлюзы на Шпрее и затопить все туннели к югу от рейхсканцелярии.
Все участники, понимая бесчеловечность приказа, от ужаса замерли на месте.
– Мой фюрер! – пытался что-то объяснить Кребс. – Но там же берлинцы!
От этих слов лицо Гитлера приняло жёсткое выражение, ни один мускул на нём не дрогнул, оно сделалось рубленым, как на многочисленных бюстах в его честь:
– Открыть шлюзы!
– Будет исполнено, мой фюрер! – безропотно согласился Кребс.
– Вот так-то лучше, генерал! – молвил Гитлер. – Вы обязаны научиться ненавидеть, все вы. Вы чересчур сентиментальны, так нам не удастся выжить. Запомните это, господа. Мы должны задержать русских, дорога каждая минута. Я верю в храбрость и стойкость наших солдат и я выражаю признательность господам Аксману и Монке, чьи солдаты защищают от красных ближние подступы к рейхсканцелярии.
– Мой фюрер! – сделав шаг вперёд и глядя на Гитлера глазами преданного фанатика, сказал Аксман. – Молодёжь, что сражается на улицах Берлина, предана вам как никогда! Ты приказываешь, наш фюрер, – мы повинуемся. Юность не признаёт властей, только вождей. Ничего для себя, всё для Германии. Шесть русских танков было уничтожено, осуществив они только внезапный для нас прорыв к рейхсканцелярии! Как вы правильно вчера заметили, мой фюрер, мы будем стоять насмерть до того момента, пока большевики и англосаксы зубами не вцепятся друг другу в глотки. Все члены гитлерюгенда, мой фюрер, готовы погибнуть, но спасти вас.
Улыбнувшись Аксману, Гитлер обеспокоенно посмотрел на Бормана. Привыкший с одного взгляда понимать своего фюрера, Борман заметил:
– Ваши мальчики своими жизнями доказали преданность фюреру, Аксман. Но их священный долг перед немецкой нацией состоит в том, чтобы они победили, оставшись живыми, – пусть погибнут наши враги, но не они.
– Да, пока я не забыл, генерал! – обратился к Кребсу Гитлер. – Где сейчас находятся войска генерала Буссе?
– Мой фюрер! – ответил Кребс. – Вы прозорливо опередили мои слова! Войска генерала Буссе в количестве двухсот тысяч человек, что были окружены в лесах юго-восточнее Берлина, частично прорвали кольцо, двинулись в район Барута и пошли на соединение с войсками генерала Венка. – Кребс, говоря это фюреру, умолчал о том, что было прорвавшаяся, но вновь окружённая русскими группировка Буссе двигалась на запад, а не к Берлину. И реальной помощи от неё генерал Кребс не ожидал.
– Я так давно ждал этого известия! – в Гитлере всеми замечался приступ оживления. – Венк – самый одарённый из моих генералов. А как держится «Юг»?
– У них оборона построена прекрасно! – ответил на этот вопрос Кребс.
