Профессор Де ла Хой, главный археолог египетского Департамента древностей, покачал головой, явно сильно волнуясь. Он все что-то бормотал о раскопках 1893 года, когда великий Флиндерс Петри работал в Нагаде, что на триста миль южнее Каира. Тогда нашли точно такие же сосуды — определить дату их создания Де ла Хой никак не мог. По его словам, тридцать тысяч похожих изделий были обнаружены под ступенчатой пирамидой в Саккаре. Сара чувствовала, что не столько находки язвили профессорскую душу, сколько осознание того, что науке несовершенной и зачастую бессильной он подарил целых тридцать лет своей жизни.
Пыль оседала. Одежда египтянина, который работал на дне колодца, промокла от пота и пожелтела от песка. Но выражение его горящих, широко раскрытых глаз говорило само за себя — слов, которые он произносил, Сара в любом случае не понимала.
Расстояние от поверхности до дна колодца не превышало двадцати пяти — тридцати футов. Углерод-60 определенно лежал глубже. Рабочий взял щетку, сделанную из метлы, и принялся расчищать песок у самой стенки колодца. Торопливо справившись с задачей, не обращая внимания на острые углы камней,
Руки подняты, хлопок в ладоши — один. Один камень. Руки наклонно опускаются, еще хлопок. Под первым камнем второй. Ниже — третий, четвертый…
— Лестница, — догадалась Сара. — Там лестница.
Клемменс кивнул на ступень.
— Такое впечатление, что они с обеих сторон уходят в стены еще на фут-два.
— Теперь совершенно ясно, — прошептала Сара так, чтобы только он мог ее слышать, — церемониальные туннели создал человек. Назвать и их природным феноменом — просто нелепость.
Клемменс усмехнулся.
— Если об этом узнают репортеры, Дуглас взвоет.
Сара вопросительно взглянула на остальных археологов.
— Может, кто-нибудь спустится туда? И начнет раскапывать ступени?
Египтяне засуетились, один из них, невысокий, полез в колодец. Рабочий, который обнаружил лестницу, явно нуждался в отдыхе. Сара вспомнила о знаменитых раскопках Говарда Картера — в 1922 году он отыскал гробницу Тутанхамона. Говорили, она была проклята, как и прочие египетские хранилища мертвецов-фараонов. Кое-кто из команды Картера во время тех раскопок погиб.
Прижав к уху палец и поднеся к губам рацию, Клемменс связался с Дугласом и рассказал ему о находке.
— Потребуется нечто вроде палатки. Приличных размеров. Надо разместить в ней довольно много оборудования. Так, чтобы оно не привлекало внимание любопытных. Нам нужны генераторы, дуговые лампы, побольше помощников. Да, сэр. Помоему, мы почти у цели. Если оплата увеличится, работа пойдет быстрее.
Де ла Хой обозлился. На английском с сильным египетским акцентом он холодно произнес:
— Что, черт побери, вы задумали?
Клемменс даже не взглянул на него.
— Да, и еще, сэр. Можно очистить место от археологов? Они точно кость в горле. — Онулыбнулся. — Профессор, будьте так добры, свалите отсюда! Давайте, давайте, старина.
Когда Де ла Хой в сопровождении свиты удалился, у Сары на поясе затрещала рация.
— Сара, мы на участке опробования, приступили к повторному анализу. Конец связи.
Команда геофизиков зондировала почву при помощи нового, более точного георадара.
Сара нажала кнопку рации и ответила:
— Удачной охоты. Конец связи.
Шум помех, затем краткое:
— Спасибо.
Она будто общалась с работавшими на Луне космонавтами.
— Что с погодой?
Из груди Клемменса вырвался сдавленный стон. Взглянув на безоблачное небо, он вытер тряпкой пот со лба.
— Мы в пустыне, — сказала Сара. — Жара здесь — обычное явление.
— В марте-то? — Клемменс вздохнул. — Сейчас в тени сто двадцать градусов, был бы июль — тогда другое дело.
Под звуки ударявшихся о камень лопат и кирок Сара достала карту, на которой двенадцатью красными значками отметила обнаруженные подземные впадины. И обозначила места, где хранился углерод-60. На карте вырисовывалось нечто любопытное.
— Говорю же, это круг, — сказала Сара.
— Поспорим? — спросил Клемменс.
— Давай.
— На что?
— Разумеется, на деньги.
Клемменс пошарил по карманам. С собой у него было лишь полсотни долларов, чтобы позавтракать.
