Краткое содержание третьего письма, составленное Орестом и Малин
– Мне кажется, Аксель совсем забыл о Сильвии, – сказала я. – Его интересует только то, как самому использовать астролябию. Раздобудь он только инструкцию – не сомневаюсь, немедленно понесся бы в Лерум и откопал астролябию!
– Да-а-а, – задумчиво проговорил Орест. – Похоже, он надеется, что эти земные и небесные силы существуют в реальности, как гравитация, электричество и все такое. Он все еще мечтает их открыть.
– Да, и прославиться! – вставила я. – Но ведь Сильвия предупреждала, что эти силы могут быть опасны! И никто другой, кроме ребенка-лозоходца из будущего, не сможет воспользоваться ими без риска!
– Да, но… – пробормотал Орест. – Народ всегда сопротивлялся новому! Каким бы прогрессивным оно ни было. Вот прививки, например, или поезда, или все что угодно! Всегда находились нытики, которые стояли в углу и брюзжали, что это опасно и все может пойти не так. Но ведь все равно стоит попробовать!
Естественно, Орест говорил правильно. Но фрё-кен Сильвия не похожа на обычного нытика! Скорее уж на мистическую эльфийку… Я бы точно послушала фрёкен Сильвию, если бы встретилась с ней, а не это странное Сообщество! Они казались мне злыми и противными. Могут сжечь чужой дом только потому, что некому их остановить.
– И еще эта штука, – сказала я и провела пальцами по металлической пластине. Она так приятно щекотала пальцы своими многочисленными дырочками.
– Мне кажется, она как-то связана с кодом, – сказал Орест. – Возможно, ее надо положить поверх текста или что-нибудь такое.
Орест немного повертел в руках листок с закодированным сообщением.
– Ничего, – сказал он наконец. – Пока что.
Пластинку я оставила у себя. Может быть, спросим при случае папиных друзей из краеведческого музея. Орест забрал лист бумаги с закодированным текстом.
Я не сомневалась, что он, едва придя домой, тут же откроет «Книгу шифров» и начнет искать нужный, чтобы использовать его на этот раз.
Настало воскресенье, затем понедельник и вторник. Папа где-то пропадал целыми днями, а когда возвращался вечером, то всегда в длинной рубашке и только бормотал что-то неразборчиво, когда его спрашивали, чем он занимался. Бедная мама сидела на диване совсем одна, пока я была в школе. Гипс с нее снимут только через несколько недель, так сказал доктор. Хотя она, конечно же, все равно работала, положив ноутбук на колени.
Во вторник вечером я до того рассердилась на папу, что стала звонить ему. И тут же услышала жужжание из кухни. Он даже не потрудился взять с собой мобильник!
Ну все, с меня хватит.
– Где у нас вообще папа? – крикнула я маме.
Она сидела и читала газету – и ответила так, словно ей все равно:
– Точно не знаю…
Мама подняла на меня глаза. Она придала лицу якобы непонимающее выражение, и это разозлило меня еще больше.
– Можешь перестать притворяться, – заявила я маме. – Это бессмысленно. Я знаю, что вы собираетесь разводиться.
– Что? – воскликнула она и выронила газету, так что та упала на пол. Я знала, что она не сможет поднять ее без посторонней помощи. – Что сказал тебе папа?
– Ничего! – выпалила я. – Я просто знаю!
