— С твоими навыками это решаемо, — хохотнул Еж. — Найдем самый маленький и отдаленный регистрационный центр, до которого новости доходят с годовым опозданием, ты набросишь иллюзию на шефа, а перед финальным актом — снимешь. И все, клановый амулет в кармане. Делов-то!
Я кивнул и спросил, есть ли еще вопросы. Все отрицательно мотнули головами, и я поднялся.
Ужасно хотелось спать, снова начали подгибаться ноги, слабость окутывала плотным коконом. Меня держала только одна мысль — дойти до кровати и упасть в нее.
Но стоило мне это сделать, меня накрыла не тьма, а очередной кошмар.
— Тимофей Викторович, услышьте меня, вам не стоит сопротивляться, — вкрадчиво нашептывал чей-то голос. — Мы же все равно это сделаем, а вы только мешаете.
— Нет! — прохрипел крепко связанный юноша с темными волосами. — Нет! Не позволю!
— Семен Юрьевич, откуда это вспышки сознания? — новый голос, деловитый и с долей холодного любопытства. — Вы мне о таком не говорили раньше. Нам стоит опасаться?
— Видимо, не рассчитали корректный уровень воздействия, — извиняющийся первый голос. — Мальчик силен, и я стараюсь быть очень аккуратным, чтобы не погубить такой талант.
— Вы уж постарайтесь. Он ценен для нас. И мы очень дорого платим за ваши услуги.
Голоса то приближались, то отдалялись. Вокруг плясали грязно-серые круги, и толком ничего не было видно. Но вместо этого появилась злость. Много! Много злости! Она сжигала изнутри и требовала покарать тех, кто стоял рядом.
Хотелось выхватить короткий клинок и несколькими выпадами перерезать глотки, но руки не двигались. Через секунду стало понятно, что невозможно пошевелить ни единой мышцей. Паралич!
— Тимофей Викторович, — почти пропел первый голос. — Успокойтесь. Просто дышите медленно на мой счет. Готовы? Раз, два, три…
Неизвестный говорил медленно, стараясь усыпить встревоженное сознание. Но это разжигало сильнее. Тело горело, тряслось в лихорадке и, кажется, стучали даже зубы.
Или все это лишь морок?
Вязкая пелена темноты сгущалась, а в голове билась только одна мысль:
«Убить!»
Жар в мышцах вдруг перекинулся на ладони, их стянуло от ощущения чего-то очень горячего. Между пальцами возникла приятная тяжесть.
Зацепившись за это разумом, злость начала стекаться в туго связанные руки. Боль мгновенно вспыхнула и пробежала по нервам.
— Тимофей Викторович⁈ — раздался возмущенный вопль. — Что вы творите⁈ Эй! Срочно! Принесите воды! Он же тут все спалит! Мой халат!
Стало смешно. Очень смешно.
Темная муть вспыхивала рыжими огоньками, а смех вырывался из груди.
— Горите, — раздался надсадный хрип.
— Тройную дозу, — отрезал второй голос.
Секундное замешательство, ледяной укол и студеная чернота. Огонь, пусть и не сразу, но затихает в теле.
Сознание затухает в ледяном коконе с одной лишь фразой на губах:
— Горите.
Резко поднявшись в кровати, я первым делом смотрю на свои руки. Ощущение пламени на ладонях до сих пор мне мерещится, как и холодное прикосновение к предплечью.
«Тимофей Викторович, доброе утро. Ваши показатели подскочили.»
Алекса, как всегда, бдит.
«Плохой сон, все хорошо», — заверил я ее и упал на подушки.
Что же мне приснилось? Обычный кошмар или воспоминание? Мне стало жутко. Что же пережил Тимофей в своей жизни? Кто эти люди? Почему и что они делали?
Голова шла кругом. После такого мне совсем расхотелось закрывать глаза. Страшно было снова проваливаться в тот кошмар.
Я глянул на часы: четыре утра. За окном расплескался сумрак, разрываемый редкими вкраплениями света фонарей.
Откинув влажное от пота одеяло, я поднялся и побрел в ванную, чтобы под горячим душем стряхнуть с себя остатки сна.
«Алекса, что там с заклинанием лечения?»
«Его действие почти закончилось. Восстановить?»
«Да, только сделай, как было, сбалансировано.»
Подъем с кровати и боль в груди напомнили мне, что недавно меня знатно побили. Сейчас тело слушалось лучше, но боль и дурнота все еще продолжала накатывать мерзкими волнами.
Пока стоял в душе, помощник обновила заклинание, и стало совсем хорошо.
Взбодрившись, я накинул простые штаны и рубаху и тихо вышел на улицу. Все остальные еще спали, и я решил воспользоваться моментом, чтобы размяться.
Драка с хакером недвусмысленно намекнула, что пора полюбить спорт. Конечно, каждое движение давалось с трудом, тело не слушалось, а Алекса постоянно напоминала про осторожность.
Сцепив зубы, я продолжал делать упражнения, а потом и вовсе побежал вокруг дома.
Когда сердце готово было уже вырваться из груди, а горло саднило от тяжелого дыхания, на втором этаже распахнулось окно.
— А чего это вы делаете, шеф? — раздался сонный голос Ежа. — Ни свет ни заря встали? Тренируетесь?
Я не ответил, только рукой махнул, потому что на слова сил почти не осталось.
— Я сейчас мигом завтрак соображу! — лысая голова исчезла за жалюзи.
Да, поесть бы не помешало.
На чистом упрямстве я пробежал еще один круг, и только потом вернулся в свою комнату. Снова душ, усмешка в зеркале и приличный костюм — и я готов к новому дню.
