— Что вы себе позволяете⁈ — взвизгнул Цаплин, а в следующее мгновение понял, кто перед ним. — Вы⁈ Но как⁈
— Сергей Дмитриевич, — я издевательски поклонился. — У меня к вам разговор.
Толстяк вздрогнул, переглянулся со своими гостями и нервно выдал:
— Я не понимаю, о ком вы говорите! Я Игорь Васильевич Цаплин!
— С Цаплиным у нас был уговор. А натравить на меня свору шавок мог только Ланской.
Артур Карлович открыл было рот, чтобы что-то сказать, но вдруг его захлопнул, с интересом уставившись на Цаплина.
— Ланской? — спросил он. — Тот самый?
— Кто такой Ланской? О чем вы вообще говорите? — спросил старик, беспомощно глядя на меня.
— Итак, Сергей Дмитриевич, каким будет ваше последнее слово? — проигнорировал обоих, спросил я.
— Я не знаю, о ком вы говорите! — голос Ланского дал петуха.
— Я сейчас сниму с тебя иллюзию вместе с кожей, если ты мне сейчас же не ответишь, какого черта на меня напали твои люди!
— Иллюзия? — задумчиво пробормотал юрист, продолжая смотреть на хозяина рынка.
Я шагнул ближе, закатал рукава и вытащил окровавленный кинжал.
— Стойте! Ладно! Я понял! — замахал руками Ланской. — Я все объясню! Я хотел всего лишь припугнуть. Вы же разорили меня! Начали забирать моих продавцов!
— И вместо того, чтобы наладить работу, вы решили силой решить этот вопрос? Я был о вас лучшего мнения.
— Я вынужден был защищаться. Мне сказали, что вы не знаете берегов. Забрали это, заберете и все остальное.
— И кто же этот доброжелатель? — я крутанул кинжал в руке, и несколько капель крови упали на ковер.
— Я не знаю! — крикнул Ланской, поджав ноги. — Письмо! Письмо мне пришло.
Его глаза забегали.
— Врешь, — кончик кинжала теперь смотрел в его лицо. — Врешь, зараза. Я выпотрошу тебя, как свинью на бойне.
— Тимофей Викторович, — вдруг сказал Артур Карлович, — может быть есть шанс решить вопрос мирно?
— Чтобы он еще раз послал ко мне людей? — я впился взглядом в юриста.
— В связи с новыми данными, я предлагаю вам заключить договор. Жизнь моего клиента на рынок.
— Артур! Да как ты смеешь⁈ — заверещал Ланской. — Не предавай меня!
— Игорь, или как там тебя, — устало сказал юрист. — Я тебе еще на той неделе сказал, что ты перегибаешь палку. Вот ты и допрыгался. А если этот молодой человек не лжет, и ты действительно Сергей Дмитриевич Ланской, то я не хочу иметь с тобой больше никаких дел. И да, сделка, заключенная от имени Цаплина, с Тимофеем Викторовичем будет аннулирована.
— Рынок теперь весь мой! — Ланской аж затрясся, с победой глядя на меня.
— Отнюдь, — покачал головой Артур Карлович. — Рынок принадлежит Цаплину, — он повернулся к старику. — Господин Григорян, что думаете по этому поводу?
— Я крайне шокирован тем, что только что услышал. Ланской несколько лет назад облапошил меня на кругленькую сумму. А я все гадал, куда же ты, гад делся!
— Лев Игнатьевич! Вы что-то путаете! Это был не я! Вы же сами заключили ту сделку!
Пока они беседовали, я вдруг понял, что у меня совсем не осталось сил.
— Думаю, пора закрыть этот вопрос, — тихо сказал я.
А затем сделал один большой шаг и вонзил клинок в сердце Цаплина-Ланского. Тот охнул, удивленно посмотрел на торчащую из груди рукоять и едва слышно зашептал.
— Это был не я…
Юрист и Григорян с любопытством смотрели, как с их знакомого хозяина рынка стекает заклинание иллюзии.
— Вам стоит забрать ваше оружие, — сказал Артур Карлович. — Все-таки это улика.
Я кивнул и на последних силах вытащил клинок из трупа.
— Я свяжусь со службой охраны, чтобы они приехали, — кивнул Григорян, брезгливо отпихнув тело рукой, и оно свалилось с дивана. — Они с радостью впишут в отчеты сведения о пропаже Цаплина и обнаружении трупа Ланского. В отделении этот день отметят в календаре красным цветом.
— Но рынок остался без хозяина! — раздосадованно пробормотал юрист.
— Я новый хозяин рынка, — сказал я. — Давайте бумаги, я подпишу.
— Вы уверены? — приподнял брови Григорян. — Не слишком ли круто для такого молодого человека?
Я поднял на него взгляд и улыбнулся, ощутив, как кровавая маска на моем лице трескается от движения мышц.
— Предлагаю испытательный срок, — скороговоркой предложил он. — Скажем, три месяца.
— А потом? — поинтересовался юрист. — Отнимем все, как вы обычно делаете?
— Плохо же вы обо мне думаете, — обиделся Григорян. — Если молодой человек проявит себя, мы с радостью примем его в свой круг.
Я наклонил голову к плечу, мысленно спрашивая его, а готов ли этот самый круг ко мне? Но вслух ничего не сказал.
— Приезжайте ко мне в офис, мы с вами все обговорим, — вздохнул Артур Карлович. — Вы мне нравитесь, Тимофей Викторович, даже несмотря на ваш сегодняшний вид и действия. Ланской был отвратительным человеком, и отдавать его под суд стало бы ошибкой.
Я никак на это не отреагировал, а развернулся и вышел из кабинета, сквозь дыру, которую сделал Ветер.
— А теперь к Жан-Полю, — сказал я.
— Вы уверены? — осторожно спросил Еж.
