— А я что, невежливый, что ли? — с обидой спросил тот.
— Ты, Андрей, главное, рот на замке держи и глупых вопросов хозяину не задавай, — строго и наставительно произнес Карпенко. — В этом твоя основная задача на данный момент.
За обедом познакомились и с самим одноногим хозяином дома, мужчиной лет тридцати семи — Фаруком. Полковник Хилали, который тоже остался на обед, представив русских хозяину, сказал:
— Ты уж извини, Фарук, что к тебе обратился. Но больше мне негде разместить ребят.
— Ничего, я всегда рад гостям, — радушно сказал мужчина. — Ливийцы — народ гостеприимный.
— Мы ненадолго, — заверил хозяина дома Карпенко.
— Не переживай, хабиби, я же сказал, будьте в моем доме столько, сколько понадобится.
Вечером, когда стемнело, Карпенко собрал свою группу на совещание.
— Итак, — посмотрел он на бойцов, которые приготовились его выслушать. — Нам теперь известно местоположение и «Хамелеона», и Хендерсона. Они, как ниточка с иголочкой, сейчас неразлучны, и нам этот факт на руку. Но отслеживать передвижения Хендерсона, как я понял, — он посмотрел на Сотникова и Веселова, — мы пока не можем. Этот Хендерсон, похоже, при себе не имеет никакого телефона или другого какого-либо устройства для связи. Иначе мы бы его давно уже засекли. Но из той информации, которую нарыл Чиж, нам известно, что вместе с Хендерсоном на испытание прибыли еще несколько перцев. Это помощник Лестрайда — Джон Велингтон, советники из ЦРУ — Майрон и Слоун и еще несколько военных из разных служб Министерства обороны США.
— Если надо уточнить фамилии, я с Морганом этим займусь хоть сейчас, — предложил Антон.
— Нам вполне хватит и церэушников, — махнул рукой Карпенко. — Если уж разведывательное управление за что-то зацепится, то ничего не выпустит из своих цепких пальчиков, пока не удостоверится в результативности. К тому же ответственным за испытание был назначен помощник Лестрайда — Велингтон. А раз его пока на базе Хаптур нет, значит, и испытания пока проводиться не будут. Вот такая, стало быть, логика.
— Похоже на то, что американцы согласовывают военную операцию, в которой будут задействовать танк, с западным ливийским правительством и с турками, — заметил Сотников.
— Скорее всего, — согласился Карпенко. — И эта пауза нам на руку. Пока они договариваются и решают, нам нужно действовать. Завтра пойдем на ту сторону, — посмотрел он на Славянина, и тот понимающе кивнул. — Со мной пойдут Хохмач и Радист, а ты возьмешь с собой Лютого. Чуть позже определимся с задачами. Чиж и IDA остаются в городе и следят за передвижениями и перепиской церэушников и Велингтона. Пока они не в курсе, что за ними следят, а значит, наверняка будут использовать «Твиттер» для обмена информацией со своим начальством.
— А может, нам с Радистом в женщин переодеться и на автобусе до этой самой базы сгонять? — предложил Хохмач. — А что я такого сказал? — спросил он невинным голосом, после того как Кречет буквально испепелил его взглядом.
— Ты на себя когда в последний раз в зеркало смотрел? — со смехом поинтересовался Радист. — Рожа небритая, нос облуплен, брови как у Бармалея. Тебе, дамочка, в цирке выступать в качестве бородатой женщины, а не в разведку ходить в женском одеянии.
Все остальные с Радистом согласились, и Хохмач, обидевшись, насупился.
— Идея неплохая, учитывая, что турки на КПП пропускают в обе стороны только стариков, женщин и подростков. Но никаб или паранджу, полностью закрывающие лица, тут не носят, и скрыть лицо, притворившись женщиной из захолустного селения, не удастся. Да и у тех, кто пересекает хоть и формальную, но границу, наверняка какие-то документы имеются. Так что мы с вами лучше уж переберемся привычным для нас методом — нелегально и незаметно, — высказался Карпенко.
Кречет достал из рюкзака карту и обозначил маршруты для своей и Славянина группы.
— На рожон не лезем, с местными бесед пока не ведем, — добавил он. — В нашу задачу завтра входит только сбор информации о военной базе. Присмотримся, определимся с ориентирами на местности, отметим точные координаты, удобные пути для подхода и отхода после выполнения намеченной цели.
— А какая у нас вообще цель? — поинтересовался Лютый. — Нет, я понимаю, что нам нужен танк и программа, с которой он связан. Но ведь мы пока еще вообще ничего не планировали.
— Правильно. Не планировали и не будем пока планировать, — заметил Кречет. — Вот проведем пару разведок на местности, определимся с передвижениями членов экспертной комиссии, узнаем об их планах на ближайшее будущее, тогда и будем решать, что нам делать дальше. Не торопи события, Лютый. Терпение и умение выжидать подходящий момент — одно из главных качеств спецназовца, работающего в разведке. И тебе это непреложное правило известно.
— Известно, просто я подумал, что у тебя, как у командира, уже есть какой-то план. А потому и всем нам его нужно бы знать.
— План разрабатывается уже после того, как будут известны все необходимые данные, — нравоучительным тоном высказался Славянин. — А нам сейчас толком пока вообще ничего не известно. Так, одни лишь предположения.
