– Если он убегал от того, о чем я думаю, – тихо сказал Тави, – тогда ты и твои люди очень нужны дома. Легионы идут на Мастингс, Насаг. Если они отвоюют его, они сожгут твои корабли, вместе с вашей надеждой на возвращение домой. Но даже если они его не отвоюют, они сократят ряды твоих людей, атакуют пути поставки продовольствия и любыми способами будут препятствовать вашим судостроителям. – Он наклонился вперед, встретившись глазами с канимом. – Самым быстрым способом добраться до дома как можно более сильным войском является перемирие.
Тави откинулся назад в седле и выжидающе посмотрел на Насага.
– Капитан, – сказал он, через какое-то время. – Ты – гадара. Но не все алеранцы такие.
– Гадара, – нахмурившись проговорил Тави. – Враг?
Насаг сделал еще одно резкое отрицательное движение.
– Не совсем. Я тебя уважаю. Но ты не управляешь ими. Ты не говоришь голосом Гая Секстуса. А ваши люди неоднократно доказали нам, что не заслуживают доверия.
Тави нахмурился.
– Как так?
– Потому что вы монстры, – ответил Насаг, это прозвучало так, словно он говорил совершенно очевидное. – Вы хуже голодных животных. За лидерство вы убиваете друг друга тысячами. Ваши люди подавляют тех, у кого нет силы, и берут у них все, что захотят, только потому, что могут это сделать.
Морда канима приподнялась в презрительном жесте.
– Вы предаете, порабощаете и издеваетесь над своими собратьями, алеранцами. Над своими собратьями. Если вы так обращаетесь со своими людьми, какой дурак поверит, что вы будете по-другому обращаться с моими?
Тави почувствовал, что немного отодвинулся из-за ярости, прозвучавшей в голосе Насага. Он никогда не рассматривал это с такой точки зрения. Конечно, проблема рабства существовала годами.
Вероятно, она будет существовать еще много лет. Система гражданства, титулов и привилегий, основанная на владении фуриями, была абсолютно непрогибаемой, и как хорошо он знал тщетность попыток ее преодолеть.
Насаг продолжил.
– Мы натолкнулись на порабощенных и освободили их. Из-за того, что мы это сделали, когда они попросили оружие, чтобы защитить свою свободу, мы им помогли. Но я знаю, и ты знаешь, что ваши Легионы не успокоятся, пока не разрушат и не захватят то, что по справедливости должно принадлежать всем.
– Так поступают некоторые алеранцы, – ответил Тави. – Но я так не поступаю, и так не поступает мой лорд, Гай Секстус.
– Может и нет, гадара, – сказал Насаг. – Но слова – это только сотрясание воздуха.
– Пока за ними не последуют действия, – продолжил Тави. – Я здесь только потому, что ты дал мне слово.
– Я доказал тебе, что мое слово весомо, – сказал Насаг.
– Тогда позволь мне доказать тебе то же самое, – сказал Тави.
– Как?
– А что бы ты посчитал убедительным действием?
Насаг издал задумчивый, урчащий рык.
– Тот, чьему слову я доверял, как своему собственному, однажды был в вашей стране почетным гостем. Мне сказали, что его держат в заточении в каком-то вонючем каменном здании Алеры Империи.
– Ты имеешь в виду Варга, – сказал Тави. – Да. Его держат в заточении.
– Варг не совершал бесчестных поступков.
– Как ты это узнал? – спросил Тави.
Насаг согнул лапу, выпустив когти.
– Это же Варг.
Тави помолчал, а затем кивнул.
– Он не совершал бесчестных поступков. Как раз наоборот. Он предупредил нас о противнике, называемом Ворд.
– И поэтому гниет в тюрьме, – зарычал Насаг, обнажив клыки. – Твое слово может быть и весомо, капитан. Возможно, мы сможем заключить соглашение, и я смогу мирно покинуть ваше ужасное государство. Но без Варга этого не произойдет.
Тави поглядел на Эрена, который бросил не него обеспокоенный взгляд.
– Если я верну тебе Варга, – тихо сказал Тави, – ты согласишься прекратить сотрудничать с Каларом? Вернуться в Мастингс, достроить свои корабли и покинуть эту страну?
Насаг обернулся на стоявшего позади старого, седого канима. Ни один из них не произнес ни слова и не шевельнулся, тем не менее Тави был уверен, что они друг с другом общались.
Насаг снова повернулся к Тави и кивнул.
– Да. Но это соглашение не имеет отношения к тому, как я с вами сражаюсь. До тех пор, пока я не увижу и не поговорю с Варгом, лицом к лицу, ваши Легионы будут платить кровью за каждый сделанный ими шаг.
– Я понял, – тихо сказал Тави. – Если это возможно будет сделать, то займет определенное время.
Насаг кивнул.
– Тогда, до тех пор, гадара, мы будем рвать друг другу глотки. – он снова показал клыки. – Иди с миром. – Он повысил тон и крикнул на канимском. – Не трогать его.
– Эрен, – тихо сказал Тави. – Садись позади меня.
Он наклонился и протянул курсору руку, и Эрен взобрался в седло позади Тави.
Тави по-алерански обменялся поклонами с Насагом, а затем повернул Актеона и тихо, спокойно поскакал с поляны. Он проехал мимо Дуриаса, который так же ему поклонился, а затем стал уверенно удаляться.
Пол часа спустя, когда они добрались до знакомой Тави местности, он медленно выдохнул и заставил Актеона скакать быстрее по открытой местности.
– Ты пришел один? – Требовательно спросил Эрен. – Ты что, сумасшедший?
Тави улыбнулся своему другу.
– Не за что.
Эрен покачал головой.
