– Я заработал свои деньги, – сказал он тоном полным тихой ярости, – Это значит, что я выполняю свою работу. Вовремя. Ты меня понял?
Тави просто в шоке смотрел на него минуту. Затем он пробормотал:
– Корабль. Целый корабль, являющийся фурией дерева.
– И она моя, – сказал Демос, – И ты мне будешь платить за любое повреждение моей собственности, пока путешествие не закончится.
Позади капитана, Тави увидел босого Арариса бесшумно приближающегося с мечом в руке. Когда он еще приблизился, на его лице четко читалось намерение.
Внезапно дверь в каюты распахнулась с ужасной силой, ударила Арариса в плечо, отправив того растянуться на палубе в неуклюжей позе.
– И скажи своему мастеру меча, – продолжил Демос, чьи глаза даже не дернулись в сторону от Тави, – что если он обнажит меч против меня снова, ему должно хватить мозгов, не делать этого на борту моего корабля.
Демос встал, извлек конец лезвия из досок палубы и убрал в ножны. Повернувшись к Арарису, он произнес:
– Мы оба знаем, что вы сделаете меня в честном бою.
Арарис медленно поднялся и вложил меч в ножны. Он слегка кивнул Демосу:
– Когда в последний раз вы участвовали в честном бою?
Демос показал короткий жест палубе и доска, державшая руку Тави разогнулась и освободила его, возвращаясь в исходное положение.
– По-моему, в двенадцать. Никогда не видел в этом смысла. Хорошего дня, джентельмены.
Тави проводил взглядом уходящего Демоса и покачал головой.
– Ты в порядке? – тихо спросил Арарис.
– Он опасный человек, – произнес Тави.
Арарис потер плечо и поморщился, молчаливо соглашаясь.
Тави взглянул на солнце.
– Еще час, и станет достаточно темно, чтобы идти. В Ремесленном переулке есть постоялый двор. Мы будем там, пока не получим все, что нам необходимо, – Тави нахмурился и понизил голос. – Как она?
– Лучше, с тех пор, как мы покинули океанские воды, – ответил Арарис.
Тави покачал головой.
– Те вещи, что она творила. Очень сильное заклинательство. Штука с акулой… И я никогда не слышал, чтобы кто-то перемещался в воде так. Мы так быстро летели, что я думал, что брызги разрежут мне кожу.
Арарис нахмурился.
– Я многого не помню.
– Она вылечила тебя, не используя ванну.
Глаза Арариса немного расширились.
– Она… не упоминала об этом.
– Однажды я видел, как Леди Плацида сделала такое, – тихо проговорил Тави, – Но и только. Я имею в виду, я знаю, что Исана очень искусный целитель, даже если сравнивать с Гражданами, но это уже второй раз, как она делает что-то настолько грандиозное, что выходит за рамки целительства.
Арарис медленно кивнул.
– Что-то наподобие того, как она заставила выйти из берегов небольшую речку незадолго до Второй Кальдеронской.
– Точно. То, что она сделала там, было не совсем внове для нее. Но это, безусловно, больше, чем она когда-либо делала. Более, чем даже она думала, что способна сделать, я уверен.
Арарис забарабанил пальцами, лежащими на рукояти меча.
– Во многих случаях ты действительно не знаешь, на что способен, пока не попытаешься. Я знал немалое количество людей, обладающих огромным талантом в заклинательстве металла, но они, по какой-то причине, не использовали его, – он пожал плечами, – Как часто кто-то пытался выбросить атакующую акулу на пиратский корабль, Тави?
Тави криво ухмыльнулся Арарису.
– Ты знал ее дольше, чем я, – тихо сказал он. – Ты когда-нибудь видел что-нибудь подобное? Что-то, что указывало бы на то, что её дар заклинательства может быть более значительным, чем кто-либо знал?
Арарис покачал головой.
– Ты хочешь спросить, говорил ли твой отец что-нибудь об этом.
Тави отвёл взгляд, внезапно смутившись.
– Ну. Да.
Арарис скрестил руки на груди и надолго замолчал.
– Это было давно. И… в течение долгого времени я старался не думать об этом.
– Но если ты всё же что-то помнишь…
Арарис поднял руку и прикрыл глаза.
– Однажды. Когда мы говорили о том, что Секстус скажет, когда он узнает об Исане. Твой отец только что сообщил мне о своем намерении жениться на ней и… – Арарис посмотрел на Тави, и молодой человек почувствовал вспышку неловкости и стыда, исходящих от сингуляра. – И я сказал ему, что он, вороны побери, пожалеет, если так поступит. Гай не возражал бы против бастарда, или двух, бегающих вокруг – родословная никогда особо не славилась плодовитостью. Но у него, безусловно, были планы насчёт жены для Септимуса. Он бы предпочел, чтобы она была не только выгодной для политических целей, но и искусной в заклинательстве, чтобы сохранить силу правящей династии.
Тави вздохнул.
– Я не спрашиваю, какой совет ты дал моему отцу насчёт меня, Арарис. Кровавые вороны, парень, ты знаешь меня куда лучше. Просто ответь мне, что он сказал.
Арарис кивнул.
– Он сказал, что Исана превзошла его ожидания. А ещё, что её способности станут для Гая неприятным сюрпризом. – Он вздохнул. – Но ведь ему не обязательно было говорить о её искусстве заклинательства.
– Похоже, он так и сделал. А что ещё он мог иметь в виду? – спросил Тави.
