Кодекс Алеры полностью

– Она приспособится. В этом плане она неприхотлива.

– Я серьезно, Исана, – сказал Арарис. – Ты будешь в опасности.

– А когда было по-другому? – спросила она, расслышав в своем голосе непривычно резкие нотки. – Правда, Арарис. Всю свою жизнь я чего-то боялась, и меня до смерти от этого тошнит.

Арарис смотрел на нее хмуро, сложив руки.

– Где-то там, мужчины и женщины с удовольствием замышляют убийство моего сына, – продолжила она, тем же тоном. – В большинстве своем это те же, кто несет ответственность за убийство моего мужа.

Во внезапном приступе гнева она приподняла подбородок и решительно бросила.

– Я этого не позволю.

Брови Арариса поползли вверх.

– Я завела множество друзей, Арарис. Я узнала много нового о первых лицах Алеры. Я собираюсь найти тех, кто несет ответственность за убийство Септимуса. Я найду тех, кто захочет причинить вред Октавиану. И да помогут им великие фурии, когда я их найду.

Ее голос дрожал от силы ее гнева.

– Не трать время на то, чтобы бояться за меня. Я найду их. И уничтожу.

Он пересек комнату, подошел к ней и прикоснулся ладонью к ее щеке.

– Это, – сказал он, – и есть то, чего я боюсь.

Внезапная, жгучая ярость Исаны дрогнула, и она опустила глаза.

Он опустил голову и поймал ее взгляд. Затем наклонился и нежно поцеловал ее, не отводя от нее глаз.

– Не становись тем, кем ты не являешься Исана.

Она прижалась щекой к его руке.

– Я бы хотела, чтобы мы…

Он подошел еще ближе, обнял ее, и она благодарно к нему прижалась.

– Шшш, – сказал он. – Еще не время. Если мы поженимся сейчас, когда всем стало известно об Октавиане, это может вызвать проблемы. В первое время ему понадобится вся поддержка, на которую он рассчитывает. Если распространятся слухи о наших отношениях и том, как это может быть связано со смертью Септимуса, дело примет иной оборот.

– А они распространятся. – Она вздохнула. – мне жаль.

– Все в порядке, – прошептал он. – Я подожду. Ради тебя, я подожду.

Она осознала, что улыбается.

– Что мне делать?

Он прижал ее к себе крепче.

– Будь начеку. Не позволяй им превратить тебя в одну из них.

Она прижалась к нему сильнее, и они постояли, обнявшись, еще какое-то время.

– Мне лучше уйти, – тихо сказал он. – Я не хочу надолго оставлять его одного.

Исана кивнула. Они снова поцеловались, и Арарис поспешил к Тави.

Исана проводила его взглядом и прикусила губу, когда дверь в здание командования открылась, и она мельком увидела Тави.

Октавиана.

Она вдруг представила, как хоронит его, и вздрогнула.

Этого не произойдет. И она сделает все, что в ее силах, чтобы быть уверенной в этом.

— Сюда, милорд! — прокричал молодой Рыцарь Воздуха и нырнул в сумрачном небе, изменив направление потока.

Он истекал кровью: один из бритвенно-острых осколков льда, которые метали существа, ранил его в шею, скользнув рядом со шлемом.

Молокососу невероятно повезло, что он вообще остался в живых: раны в шею считались одними из самых опасных.

Если он не прекратит шнырять вокруг и не покажется целителям, ранение может усугубиться, и Легион понесет серьезную потерю.

Верховный Лорд Антиллус Рокус изменил направление своего потока и нырнул вслед за рыцарем вниз к Третьему Антилланскому Легиону, приведенному в боевую готовность на Защитной стене.

— Эй, вы! — прорычал он, без труда нагнав рыцаря с помощью своей более сильной фурии. Как звали это идиота? Мариус? Кариус? Карлус, точно. — Сэр Карлус, отправляйтесь к целителям. Немедленно.

Глаза Карлуса удивленно распахнулись, когда Рокус вырвался вперед, оставив юношу позади, как если бы тот парил на месте, а не несся к земле на максимальной скорости.

Рокус услышал, как рыцарь ответил "Да, ми…", но все остальное утонуло в бешеном реве пробудившейся фурии Верховного Лорда.

Рокус использовал фурию, чтобы улучшить видимость, и сцена, развернувшаяся под ним, предстала в увеличенном виде. Он оценивал ситуацию, в которой оказался Легион, пока летел к нему.

Рокус разразился бранью. Его капитан не ошибся, запросив подкрепление.

Положение Третьего Антилланского было отчаянным.

Рокус получил первый боевой опыт в четырнадцатилетнем возрасте.

За прошедшие с тех пор сорок лет не проходило и месяца без боевых действий того или иного масштаба в непрекращающейся обороне Защитной Стены от нападений коренных северян — Ледовиков.

И за все это время он никогда, ни разу, не видел их в таком количестве.