Она медленно досчитала до тридцати и задернула шторы.
Она вышла из комнаты на цыпочках, скрывшись под завесой воздушной магии, которая должна была сделать ее невидимой для любого за пределами досягаемости меча — преимущество мощное, если она решит атаковать, но не подавляющее.
Достаточно опытному заклинателю металла не нужны были глаза, чтобы почувствовать ее меч, а Ворд, казалось, не оставил в живых никого, кто не обладал бы даром, по крайней мере, на уровне Рыцаря Легиона.
В главном зале постоялого двора было несколько алеранцев в ошейниках, по-видимому, после дежурства.
Трое наблюдали, как одна из шепчущих девушек Бренсиса танцевала под слышную только ей музыку.
Другое трио вяло играло в карты, а молчаливая пара, уткнувшись в свои бокалы, выпивала с мрачной, методичной сосредоточенностью.
Амара прошла через комнату, задействовав каждую унцию маскировки, которую только смогла создать. Будучи одурманенной от эйфорического влияния обоих принуждающих ошейников, она опасалась за сохранение равновесия.
Ей удалось пройти мимо них, не привлекая внимания, и проскользнуть на Невольничий рынок.
Она направилась прямо к каменным клеткам, в которых держали пленных заклинателей воздуха.
По счастью, клетки были без замков и закрывались на простые засовы.
В своем нынешнем состоянии она не знала, как скоро будет в состоянии открыть более сложный механизм, тем не менее у нее в кармане брюк по-прежнему находились сохранившиеся отмычки. Из одной из камер послышался храп.
Должно быть, Бренсис усыпил их, добавив наркотики в воду.
Она могла лишь надеяться, что кто-нибудь из алеранцев был достаточно осторожен и решителен, чтобы отказаться от воды, надеясь улучить шанс на побег.
Амара и Бернард собирались дать им такую возможность. Или, в крайнем случае, она искренне надеялась, что так поступит Бернард.
— Ты меня слышишь? — Прошипела Амара в одну щелей под козырьком первой клетки.
Ей ответили не сразу.
— Кто здесь?
— Я курсор, — прошептала Амара. — И сбавь, к воронам, свой тон.
Из клетки послышалось смущенное бормотание и бессвязная речь заспанных голосов.
Их тут же утихомирили другие голоса, которые вероятно создали больше шума, чем всё неловкое бормотание вместе взятое.
— Тихо, — шикнула Амара, оглядываясь по сторонам, будучи уверенной, что в любую секунду кто-нибудь заметит приглушенную суматоху. — Мы собираемся вытащить вас отсюда, но нужно освободить как можно больше людей. Будьте бдительны. Каждый, кто может лететь по прямой линии, должен приготовиться.
— Открой клетку! — Выпалил кто-то.
— Приготовьтесь, — ответила Амара. — Я вернусь.
Затем она проскользнула к следующей клетке и повторила диалог. Затем к следующей. И к следующей.
Ворд обнаружил ее, когда она подошла к пятой клетке.
Она как раз утихомиривала пленных в последней каменной камере, когда одна из ящероподобных форм Ворда, находившаяся в двадцати ярдах, подняла голову. Пыхтя через нос, она издала пронзительный вой, отразившийся вибрацией от камней на подворье.
"Должно быть он почувствовал от меня запах крови," — подумала она. Большинство животных остро реагирует на запах крови жертвы.
Ей стоило улучить момент и очистить себя получше — но теперь уже было поздно.
Теперь все решала скорость.
Амара сбросила завесу, чтобы воспользоваться скоростью Цирруса, и бросилась открывать засовы на клетках, переходя от одной к другой и повторяя процесс.
— Алеранцы! — Крикнула она, для ее измененного восприятия, слова звучали странно растянутыми. — Алеранцы, к оружию!
Она бросилась открывать засовы последней клетки, когда вокруг них зазвучал хор пронзительного вопля Ворда.
Пленные пользователи воздуха начали пробираться к выходу из клеток, выкрикивая лозунги.
— Алера!
— Сражайтесь, жалкие ублюдки!
Только обостренные чувства позволяли Амаре видеть мерцание в воздухе над ней, где Граждан удерживали с помощью нескольких слоев противовесов их магическим способностям.
Произошел небольшой искрящийся взрыв, когда сталь ударила о сталь — и новая вспышка искр, когда вторая стрела с невозможной силой и точностью попала в другую петлю подвешенной клетки, и дюжина граждан резко свалилась с высоты пятнадцати футов на каменный пол подворья.
Искры начали сыпаться от второй подвешенной клетки с гражданами, и поднялось еще больше крика.
— Ко мне! — Крикнула Амара, подскакивая к ближайшей клетке. — Алеранцы, ко мне!
— Курсор, берегись! — Крикнул кто-то из темноты.
Амара развернулась с мечом в руке, чтобы встретить Ворда, который первым поднял тревогу и прыгнул к ней.
Дождавшись, пока он окажется в воздухе, она отклонилась далеко в сторону и ударила мечом Бренсиса, ощутив как лезвие с хрустом врезалось в хитиновую броню Ворда.
Она не удержала равновесие, вороны побери эти проклятые ошейники, и упала на мостовую с кровоточащим мерзкой темной жижей Вордом, который с трудом попытался ее нашарить.
Раздался треск, словно разряд миниатюрной молнии, и тварь рухнула, недвижимая и мертвая, как будто раздавленная огромным молотом.
Одна из стрел Бернарда торчала из основания его черепа, погрузившись до самого зелено-коричневого оперения.
