В мире безжалостной охоты есть лишь один закон — Кодекс. Для молодого и дерзкого Тха'кта-де из клана Кривых Клинков этот древний свод правил — единственная истина, ради которой стоит жить и умирать. Гордый, необузданный, он стремится доказать свою ценность в глазах старейшин и завоевать уважение других воинов.Н'дхи'я — наследница вождя клана Огненного Когтя. Через несколько дней она должна принять бремя власти и возглавить свой народ. Расчетливая, мудрая и смертоносная, она никогда не сомневалась в своем предназначении и в верности традициям предков.Их кланы — извечные враги, чья вражда исчисляется поколениями и написана кровью. Но когда судьба сталкивает их в джунглях чужой планеты, что-то меняется в сердцах обоих воинов. Одна встреча — и кодекс, клятвы, традиции, все, во что они верили, начинает терять свое значение.Однако ни Тха'кта-де, ни Н'дхи'я еще не подозревают, что на горизонте маячит полномасштабная война между их кланами.
Листва джунглей планеты Н'ка-тар шелестела под осторожными шагами охотников. Клан Кривых Клинков двигался сквозь густые заросли, следуя древним тропам охоты. Шесть воинов, закаленных бесчисленными испытаниями, и один молодой, еще не прошедший инициацию.
Тха'кта-де — так звали юного Яутжа. Имя, данное при рождении, означало "Клинок Рассвета". Но старшие охотники клана давно прозвали его Нха'дура — "Безрассудный". Высокий даже для своего вида, с еще не полностью развитыми, но уже внушительными клыками и светлой, не тронутой шрамами кожей, Тха'кта-де жаждал доказать, что достоин своего настоящего имени.
Отряд охотился на р'каа — массивное шестиногое существо с костяными наростами вдоль хребта и ядовитыми железами, способными выплеснуть смертоносную кислоту на расстояние нескольких прыжков. Мясо р'каа было жестким, но ценилось за особый вкус. А клыки и когти становились украшениями для достойных воинов.
Охота без технологий была традицией клана Кривых Клинков — только примитивные копья с наконечниками из обсидиана, костяные луки и ножи из закаленного дерева. Никаких плазменных пушек, маскировки или тепловизоров. Только инстинкты, сила и ловкость. Так охотились предки, так должны охотиться и они.
Ко'рах, старейший охотник, подал знак остановиться. Его тело, покрытое шрамами от множества битв, застыло в напряжении. Мощные дреды, украшенные металлическими кольцами, колыхнулись, когда он принюхался, втягивая воздух через мандибулы. След р'каа был свежим.
Тха'кта-де ощутил, как напряглись мышцы, как участилось сердцебиение. Кровь гудела в венах, требуя действия. Не дожидаясь сигнала Ко'раха, он выскользнул из строя и двинулся вперед, сжимая в руках копье.
Старший охотник издал тихий щелкающий звук, приказывая молодому воину вернуться в строй. Но Тха'кта-де сделал вид, что не услышал. Сегодня он убьет р'каа первым. Сегодня он докажет, что достоин быть полноправным охотником клана Кривых Клинков.
Тропа привела к небольшой поляне. Там, у ручья, стоял р'каа — крупный самец с мощными бугристыми плечами и шипастым хвостом. Существо опустило морду к воде, но его уши-локаторы непрерывно вращались, улавливая малейшие звуки.
Тха'кта-де замер, оценивая добычу. Его сердца бились в унисон, дыхание стало глубоким и размеренным. Охотничий инстинкт взял верх. Мир сузился до единственной цели — р'каа должен пасть от его руки.
Юный Яутжа медленно поднял копье, готовясь к броску. Мышцы напряглись, тело приготовилось к атаке. Один прыжок, один бросок — и охота завершится его триумфом.
Но в момент, когда он приготовился атаковать, ветер изменил направление. Запах Яутжа достиг чувствительных ноздрей р'каа. Существо мгновенно насторожилось, подняло голову и издало низкий рычащий звук. Костяные наросты на спине встали дыбом, а железы на шее набухли, готовясь выплеснуть яд.
Тха'кта-де понял, что потерял элемент внезапности, но отступать было не в его характере. С громким боевым кличем он выскочил из укрытия и метнул копье. Оружие полетело точно, но р'каа оказался быстрее, чем предполагал молодой охотник. Существо уклонилось, и копье лишь оцарапало его бок.
Раненый и разъяренный р'каа развернулся к нападавшему. Глаза существа сверкали яростью. Одним мощным прыжком оно преодолело разделявшее их расстояние.
Тха'кта-де выхватил костяной нож и приготовился встретить атаку. Но не рассчитал силу противника. Удар лапы р'каа отбросил его к деревьям. Воздух вышиб из легких, в глазах потемнело. Он почувствовал, как горячая кровь потекла по ребрам — когти зверя распороли кожу.
Р'каа надвигался для смертельного удара. Железы на шее пульсировали, готовясь выплеснуть яд. Тха'кта-де попытался подняться, но тело не слушалось. Впервые в жизни он ощутил настоящий страх. Не страх позора или изгнания, а страх смерти — бесславной смерти еще до того, как он стал настоящим охотником.
В момент, когда р'каа приготовился к прыжку, воздух прорезала тонкая стрела. Она вонзилась прямо в глаз существа. Р'каа взревел от боли и развернулся к новому противнику.
С дерева на поляну спрыгнула фигура. Тха'кта-де не сразу понял, что это женщина-Яутжа. Она двигалась с грацией, несвойственной даже самым опытным охотникам его клана. В руках она держала изогнутый лук из темного дерева. На поясе висело несколько костяных ножей и короткое копье.
Р'каа бросился на нее, но женщина уклонилась с легкостью танцора. Плавным движением она выхватила копье и вонзила его в основание черепа существа, туда, где костяная защита была самой тонкой. Р'каа содрогнулся и рухнул на землю.
Тха'кта-де смотрел на происходящее с смесью стыда и восхищения. Охотница подошла к поверженному зверю и извлекла копье единственным чистым движением. Затем повернулась к раненому молодому охотнику.
Только теперь он заметил на ее коже узоры клана Огненного Когтя — извечных соперников клана Кривых Клинков. Десятилетия кровавых стычек и территориальных споров разделяли их племена.
Но что женщина из клана Огненного Когтя делала так далеко от своих земель? И почему помогла ему?