— Кто ответственен за часть границы со стороны города Лемберг?.. Нет, неважно, хоть это мой троюродный родственник. Разжаловать на три звания и две должности.
— Будет сделано, — кивнул помощник.
Фридрих Шестой размышлял, что поиски концов будут куда интереснее, чем ему казалось изначально.
Помощник развернулся, чтобы пойти выполнять поручение.
— Постой, — остановил его император. — Я еще не закончил. К вечеру хочу, чтобы на моем столе лежали списки тех, кто отвечает за разведку во дворце императора Российской империи, а в частности — кто следит за Дмитрием.
— Слушаюсь. Ваше Императорское Величество, разрешите уточнить. Мне предварительно распорядиться, чтобы они не сбежали или это подготовка к награждению?
— Первое. Та информация о Дмитрии Романове, которой мы располагаем — полная ложь. Вчера я был плохо подготовлен для переговоров, из-за чего не смог получить от них выгоды, а наоборот — кое-что потерял.
— Будет сделано, — кивнул помощник, и Фридрих Шестой отпустил его.
— Интересно-интересно, — вслух продолжил рассуждать император. — Не часто кому-то удается оставить меня без выгоды. Посмотрим, чем еще сможет удивить этот парень, ведь его империя отнюдь не в том состоянии, чтобы огрызаться. Хм, а как ты поступишь Дмитрий, если сегодня я надавлю на тебя сильнее?
Когда я проснулся в гостевых покоях дворца австрийского императора, свет из окон падал на кровать. Алина уже стояла возле меня с подносом еды.
— Круассаны, омлет с беконом и кофе. Все, как вы любите, — с улыбкой сказала она.
— Давно тут стоишь?
— Ровно две минуты!
— Отчет, — велел я и потянулся к чашке кофе.
Он хорошо бодрит, правда с Одаренными эффекта бодрости надолго не хватает, магия быстро устраняет чужеродные вещества в крови. Но окончательно проснуться помогает.
— Господин, все выполнено в лучшем виде!
— Отлично. Что в итоге использовали? — спрашиваю я.
— Использовали тоннель, что вы порекомендовали. Наши люди неплохо поработали при переправе.
— Хорошо, — киваю я.
— Если честно, то я думала, что мы вовсе этот тоннель не найдем.
Усмехаюсь и отвечаю:
— Этому тоннелю столько лет, что если его до сих пор не нашли, то уже и не найдут. Его еще шестьсот лет назад строили. Открою тебе маленький секрет — этот тоннель там далеко не один.
— Наши еще удивлялись, что это не тоннель, а целая…
— Потише, — перебиваю я.
— Но вы понимаете, это нереально…
— Все возможно, это делалось еще в те времена, когда Австрийская империя не так пеклась о своих границах. Делалось на далекое будущее, если они опять решат, что им мало земель и покажется, что у соседа земли бесхозные и урожай на них зреет гораздо быстрее.
А именно так думали австрийские военные в прошлый раз. И свято верили, что идут воевать за лучшее. Но нет, земля везде одинаковая, вопрос лишь в том, как ее использовать.
— Да там может целая армия пройти. Если бы Фридрих Шестой об этом узнал, то его бы уже сердечный приступ схватил.
Хорошо, что я предварительно позаботился проверить эти покои на предмет прослушки, поэтому не опасался, что нас услышат. Алину могут услышать разве что местные слуги, стоящие у двери возле этих покоев, но для этого она должна кричать во весь голос — как никак нас разделяют пять комнат.
После завтрака я отправился собираться, все-таки в гостях стоит выглядеть прилично.
Особенно после того, как я без сожаления отдал людей, напрямую замешанных в казни невиновных граждан Австрии. Каждый из них так или иначе был связан с Виктором Степановичем Разумовским. Ведь показатель этого, что приказ о казни был вынесен слишком быстро, всего за пару дней, хотя обычно подобное разбирательство, особенно с участием иностранных граждан, по протоколам занимает не один месяц.
Ускоренная процедура являлась прямым нарушением закона. Все девятнадцать человек хорошо осознавали, что вредят своей империи, но все равно это сделали… ради собственной выгоды, ведь канцлер предложил каждому хорошую награду. Мои источники говорят, что угроз не было, и каждый пошел на это по доброй воле.
Сейчас их будет ждать та же участь, на которую они обрекли неповинных людей.
В покои зашел один из слуг, постучался в мою комнату и после разрешения вошел.
— Император приглашает вас на ужин, — ровным тоном сказал он.
— Сообщите ему, что я приду, — спокойно отвечаю я.
— Прошу прощения, но он не спрашивал. Император вас пригласил.
Я посмотрел на мужчину с вызовом и продолжил:
— А я дал свое согласие. Не думаю, что у вашего императора настолько высокое положение, чтобы вызывать меня.
Слуга поклонился и поспешил выйти. Конечно, ему велели передать, и проблем со мной он не хотел.
— Много людей за нами следит? — спрашиваю Алину.
— Да половина дворца. Но действую профессионально, — отвечает она и откусывает красное яблоко.
— Понятно.
— Должна признаться, теперь понимаю, что вы имели ввиду, когда говорили — Австрийская империя изменилась. У нас люди похуже работают.
